Воскресенье, 18.02.2018, 04:28 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Каталог статей

Главная » Статьи » Симонов монастырь и его окрестности

Дача Бекетова и Селивановского в Симоновой слободе. Часть 3

После смерти Семена Аникеевича его загородное владение пе­решло к сыну и вдове Екатерине Федоровне (она владела домом на Б. Дмитровке, где находилась типография), которая могла переехать жить на дачу постоянно или проводить там больше времени, чем раньше. В документах Симонова монастыря зафиксированы панихиды, которые заказывала вдова Селивановского по своему мужу, есть за­писи о посещении ее под Симоновым и в дневнике И.М. Снегирева. Например, 12 мая 1848 года в дневнике стоит следующая запись: "от Новоспасского проехал под Старое Симоново навестить старую прия­тельницу нашу К.Ф. Селивановскую, которая была мне очень рада, угостила меня чем только могла, казала мне сад с его живописными видами. Оттуда к симоновскому архимандриту Мельхиседеку <...>" [24].

 

 И.М. Снегирев

 

Екатерина Федоровна Селивановская умерла 15 января 1860 года и былы похоронена в монастыре рядом с мужем. Родственниками в Си­монов монастырь уже 16 января и 20 февраля того же года по ней были сделаны богатые вклады. Вероятно, эти вклады Селивановских в монастырь были не единственными, Селивановские жертвовали Симоно­ву монастырю, где находилось их фамильное захоронение [25].

 

В.А. Тропинин. Н.С. Селивановский

Сын Семена Аникеевича - Николай Семенович Селивановский, как и его отец, был известным деятелем культуры своего времени. В 1827 г. он окончил Московский университет и стал помогать отцу в его деле. Около 1835 г. Николай Семенович женился на Евгении Ан­тоновне Гизетти, которая, по откликам современников, была краса­вицей. В браке у них родились дочери: Юлия (31 октября 1836 г.) и Евгения (около 1838 г.). Кроме издательской деятельности, Николай Семенович занимался литературною критикою, он сотрудничал в "Мос­ковском вестнике", "Московском телеграфе", "Телескопе", "Молве", "Сыне отечества". Литературные связи Николая Семеновича, как и его отца, были обширными. Н.С. Селивановский являлся "главным ко­миссионером" А.С. Пушкина по "Современнику" в Москве. Большую роль в общественной жизни Москвы 30-х гг. играли субботние вечера Селивановского, на которых собирались представители разночинской интеллигенции. В круг знакомых Николая Семеновича входили: В.П. Андросов, В.П. Боткин, А.Ф. Вельтман, А.Д. Галахов, А.В. Кольцов, Н.Х. Кетчер, Ф.А. Кони, К.А. и Н.А. Полевые, художник К.И. Рабус (им были написаны картины к историческому описанию Симонова мо­настыря В.В. Пассека), Н.М. Сатин, А.И. Полежаев, М.П. Погодин, композитор А.Е. Варламов, врачи И.Е. Дядьковский и Ф.И. Инозем­цев, профессор Д.Л. Крюков, И.П. и П.П. Клюшниковы, артисты П.А. Мочалов, М.С. Щепкин и П.Г. Степанов. В типографии Селивановского печатались журналы "Телескоп" и "Молва". По делу о письмах Чаада­ева, которые были напечатаны в 15 номере "Телескопа" (1836 г.), Селивановский попол под следствие. Помогло ему заступничество ге­нерал-губернатора Д.В. Голицына. Постоянным посетителем литера­турного кружка Селивановского с января 1835 г. становится В.Г. Белинский, кружок Николая Семеновича сыграл не последнюю роль в формировании молодого критика. Первоначально между ними были дру­жеские отношения, но затем произошел разрыв. В 1841 г. Белинский так характеризовал Николая Семеновича и его вечера в письме к В.П. Боткину: "Я вспомнил о моей ни на чем не основанной ненавис­ти к Селивановскому (протоканалье) <...> В нем много эгоизму, бездна самолюбия, маловато чести, нисколько благородства, он ме­лочен, сплетник, не может быть ничьим другом, а тем менее ко­му-нибудь из нас, но в нем много доброты природной, он умен <...> а главное - он удивительно грациозен и достолюбезен во всех своих мерзостях <...> я бы с удовольствием опять сошелся с ним. Знаешь ли, что я иногда с умилением вспоминаю о его субботах <...> Зна­ешь ли ты, что от одного такого вечера в Питере я бы целую неделю был счастлив?" Читая это письмо, надо иметь в виду общеизвестную нетерпимость русского критика, который нередко давал нелестные характеристики и своим друзьям, к чуждому для него образу мыслей [26].

О вечерах у Н.С. Селивановского рассказывает в письме Н.В. Беклемишев, из которого следует, что летом гости собирались на даче под Симоновым: "У Селивановского всегда подавались гостям два напитка: домашний квас и красное вино. Летом мы ездили к нему в Симоновскую слободу, и там я встречал у него за столом и боль­ших и малых людей.

Часто там бывали Щепкин, Дядьковский, И. и П. Клюшниковы, Иноземцев, Крюков, Степанов и Мочалов. Там же я встречал Белинс­кого, раза два Кольцова, сидевшего рядом с Мочаловым <...> Многих литераторов и музыкантов видел я там <...> Всех их привечал Нико­лай Семенович. Хорошо нам бывало у Селивановских. Много здесь бы­вало рассуждений о том, о сем и о прочем. Лилось вино, велись беседы, читали повести и стихи. Мочалов с Щепкиным читали моноло­ги". В этом письме Беклемишев характеризовал Николая Семеновича как "доброго, гостеприимного, оказывавшего и добрым знакомым и мало знакомым идущую от сердца хлеб-соль." Такую же характеристи­ку он дал и жене Селивановского Евгении Антоновне [27].

Николай Семенович умер 15 марта 1852 г. (в день смерти Д.В. Веневитинова) в чине колежского асессора и был похоронен в Симо­нове монастыре. От распорядителя погребения Никиты Ивановича Пу­зырева (вероятно, он был родственником или другом семьи) в монас­тырь было внесено 150 рублей "по особливому усердию к обители" [28].

После смерти Николая Семеновича и его матери дача под Симо­новым перешла к Евгении Антоновне, которая и значится ее владели­цей вплоть до 1896 г. Вероятно, она жила здесь до самой своей смерти, так как других домовладений за ней в Москве не числилось.

Евгения Антоновна (1817-1896) была дочерью купца 3-й гильдии Антона Адамовича Гизетти (1763-1841) и Елизаветы Андреевны Крю­гер (1883-1852). Отец ее был родом из Венеции, из дворян. Извес­тны брат Евгении Антоновны - сенатор и общественный деятель Гер­ман Антонович Гизетти, и ее сестра, которая вышла замуж в 1833 г. за Ивана Дмитриевича Бартенева (знакомый Белинского и Герце­на). В сентябре 1863 г. на Тихвинском кладбище Симонова монастыря была похоронена дочь колежского асессора Гизетти Елизавета (мла­денец), распорядителем похорон являлся Н.И. Пузырев. Вероятно, что это была дочь брата Евгении Антоновны. Таким образом, в Симо­нове монастыре были похоронены не только Селивановские, но и их родственники - Гизетти [29].

Известны два  письма  Евгении  Антоновны к Александру Фомичу  Вельтману, в которых она просит его достать билеты в Оружейную палату (для знакомого и своего брата). В письме она передает при­вет его жене и извиняется, что давно у нее не была. Очевидно, семьи Селивановского и Вельтмана, который печатался в типографии и входил в литературный кружок Николая Семеновича, состояли дол­гое время в хороших приятельских отношениях [30].

Первая дочь Евгении Антоновны и Николая Семеновича Селива­новских, Юлия Николаевна, вышла замуж за Павла Ивановича Петрова. Известно письмо к П.М. Строеву (который был давнишним приятелем семьи Селовановских) от некоей Ю. Петровой, которая, вероятно, и являлась дочерью Селивановских. "Милостивый государь, Павел Ми­хайлович, - писала Петрова к Строеву, - в воскресенье публичное чтение любителей Русской словесности и я, как искряняя поклонница этого общества решилась обратиться к Вам, как к члену его, с по­корнейшей просьбою достать мне два билета на это чтение." Очевид­но, что Николаем Семеновичем Селивановским было дано хорошее до­машнее образование дочерям. Воспитываясь в семье, которая была связана с издательским делом и общалась с видными писателями и историками, дети Селивановского уже с раннего возраста прониклись любовью к русской культуре и издательскому делу. Известно, что Юлия Николаевна некоторое время продолжала дело семьи и заведова­ла типографией на Дмитровке (она с мужем жила там же). Так, в "Московских Ведомостях" за 1864 г. она давала объявления о приеме книг на печатание [31].

Вторая дочь Селивановских - Евгения Николаевна вышла замуж за сына известного историка и исследователя древнерусской и сла­вянской письменности Константина Федоровича Калайдовича - Николая (был назван в честь графа Румянцева). Николай Константинович  (1820-1854) учился в Императорском училище правоведения в Петер­бурге (1832-1843). Его друзьями по училищу были братья Иван и Григорий Аксаковы, дети известного писателя. Н.К. Калайдович дол­гое время сотрудничал в "Москвитянине" Погодина, сохранились его письма к издателю журнала. К.Ф. Калайдович и С.А. Селивановский были знакомы давно: Константин Федорович неоднократно печатался в его типографии в 1820-х гг. Очевидно, что и семьи их находились в хороших приятельских отношениях, которые поддерживались и после смерти Константина Федоровича и Семена Аникеевича. Эта дружба привела к женитьбе сына Калайдовича на внучке известного издате­ля. Очевидно, молодых людей сблизила общая любовь к истории и русской словесности. Помолвка молодых состоялась 5 октября 1852 г. и проходила в доме невесты на Б. Дмитровке. На нее был пригла­шен М.П. Погодин, который был хорошим знакомым и той, и другой семьи. Калайдович писал ему: "На воскресенье моя помолвка. Поз­вольте мне надеяться что Вы, по старой и преданной дружбе Вашей к моему семейству, не откажитесь пожаловать в этот день к моей не­весте, откушать. Будут только родные." Михаил Петрович присутс­твовал на помолвке и записал в свой дневник: "Обедал у Селив., все старые знакомые: Строев, Кочергин, Семен. Обласкали <...>" Венчание состоялась 7 января 1853 г. в приходской церкви матери жениха (Калайдовичи жили на Плющихе). На свадьбу был приглашен Погодин, но по некоторым причинам не присутствовал [32].

Супружеская жизнь Калайдовичей не была долгой - 24 августа 1854 г. Николай Константинович скончался и был погребен 27 авгус­та в Симонове монастыре (распорядителем погребения был Н.И. Пузы­рев). В "Московских ведомостях" был опубликован некролог: "24 ав­густа скончался в Москве, исправляющий должность Обер-Прокурора  7-го Департамента Правительствующего Сената, статский советник Николай Константинович Калайдович." По поводу его смерти И.С. Ак­саков, семейное захоронение которого находилось рядом с Веневити­новыми и Селивановскими, писал своим родным: "О смерти Калайдови­ча я узнал из газет еще в Чернигове: она меня сильно поразила. Бедная мать! Я думаю, он ее поддерживал. Калайдовича я знал с се­милетнего возраста". В браке у Калайдовичей родилась дочь и сын Николай, который был похоронен вскоре после смерти отца 9 сентяб­ря 1854 г. [33].

Сохранилось два письма от зятя Селивановской Павла Ивановича Петрова к М.П. Погодину (1856 г.), речь в которых идет о долге ее покойного зятя Николая Константиновича Погодину (Калайдович неод­нократно занимал деньги у издателя "Москвитянина"). Из писем вид­но, что покойный Калайдович оставил много долгов и никакого иму­щества, вследствие чего долги пришлось принять на себя Е.А. Сели­вановской. Один из таких долгов Погодину Евгения Антоновна выпла­чивать отказалась. Кроме того, Михаил Петрович, очевидно, предла­гал в счет долга отдать ему вещи, являвшимися семейными реликвия­ми (известно, например, что в семье Селивановских хранились пись­ма Карамзина), что вызвало возмущение Евгении Антоновны. Этот спор послужил причиной размолвки между семьей Селивановских и ис­ториком, до селе находившимися в дружеских отношениях [34].

Вдова Калайдовича впоследствии вышла второй раз замуж за Юрия Николаевича Миткова, но 6 июля 1864 г. опять овдовела. 9 ию­ля того же года Митков (умер в чине коллежского секретаря) был похоронен в Симонове (распорядителем погребения был П.И. Петров). В.И.  Саитов в своем справочнике также упоминает Михаила Юрьевича Миткова (1858-1873), похороненного в Симонове монастыре (архивного документа за 1873 г. обнаружить не удалось), который, очевид­но, являлся сыном Евгении Николаевны. О Евгении Николаевне Митко­вой известно, что в 1868 г. она была сотрудницей Общества попечи­тельства о бедных в Москве, а в конце XIX и в начале XX веков состояла членом Общества распространения полезных книг. В отделе рукописей РГБ хранится письмо Е.Н. Митковой к В.О. Ключевскому по делам Общества, из которого видно, что Евгения Николаевна была деятельной его сотрудницей. Занималась она и благотворительностью. Астракова (знакомая А.И. Герцена) писала Тучковой-Огаревой: «… наступила Сербская а по­том Турецкая война, и я ... предалась вся благотворительному де­лу... мне много помогала Петро­ва, урожденная Селивановская. Это прекрасное, честное, любящее су­щество. Если бы не оная, я бы совсем пропала.» (35)

В 1868 г. овдовела Юлия Николаевна Петрова. 10 июня П.И. Петров был похоронен рядом с Селивановскими. Вероятно, на похоро­нах присутствовало много народа, так как вдова статского советни­ка заказала приготовить поминальный обед в двух трапезных монас­тыря (они находились при Тихвинской церкви: летняя трапезная представляет из себя пристройку с юга, зимняя размещалась в быв­ших царских палатах). 10 июня того же года Юлия Николаевна выку­пила место на кладбище для себя, а 6 июля для кого-нибудь из сво­их родственников [36].

Юлия Николаевна после смерти мужа, очевидно, отошла от дел (где-то в это время перестала существовать типография Селивановс­кого) и переехала жить на дачу под Симоновым к своей матери. Во второй половине 1881 г. в Симоновой слободе было открыто городс­кое Симоновское училище для детей обоего пола. В ведомостях сооб­щалось, что оно находится в арендуемом у Селивановской доме, по­печителем его является Юлия Николаевна Петрова, которая проживает в доме Селивановской (то есть, у своей матери). Училище в Симоно­вой слободе просуществовало 5 лет, а затем было переведено на Со­рокосвятскую улицу и переименовано в 1887 г. в Крутицкое смешан­ное. Упоминаемое здание, сдававшееся под школу, вероятно, было не единственным, сдаваемым в аренду Селивановской. Во второй полови­не XIX в. за ней в Симоновой слободе числилось около десяти участков, которые, вероятно, сдавались под дачи. Так, справочник за 1902 г. (эти сведения были уже анахронизмом) сообщает, что в Симоновой слободе находится Бекетова дача, представляющая из себя дачную местность [37].

Юлия Николаевна умерла 20 июля 1890 г. и была похоронена ря­дом с мужем. 17 января 1896 г. умерла Евгения Антоновна Селива­новская. Распоряжалась похоронами вторая дочь Селивановских Е.Н. Миткова [38].

В.А. Тропинниным были написаны три портрета Селивановских: Ни­колая Семеновича (1843 г.), Евгении Антоновны (1852 г.) и и одной из их дочерей (1853 г.). Портреты супругов Селивановских ныне хранятся в Историческом музее. Н.С. Селивановский изображен у ок­на с видом на обрыв берега реки, его жена также изображены у ок­на, за которым виднеется зеленый пейзаж. Ее портрет писался, ког­да она была уже вдовой, на лице заметна печаль от потери (в этот год, кроме мужа, умерла еще и ее мать). . Портрет дочери находится ны­не в Львовской картинной галерее [39].

 

В.А. Тропинин. Е.А. Селивановская


По воспоминаниям рабочих завода "Динамо" именно Миткова про­дала загородное имение своей семьи Бельгийскому акционерному об­ществу, основавшему электромеханический завод. Дача под Симоновым оказалась ей не нужна, да и место стало уже не дачным: напротив разместился котельный завод Бари. Дача Селивановских вплоть до конца XIX в. сохраняла свою живописность. По словам рабочих заво­да "Динамо", она стояла "на наикрасивейшем месте", на ее террито­рии находился прекрасный сад, аллеи деревьев. Остались и интересные описания дачи, указывающие на то, что ее владельцы были почи­тателями "Бедной Лизы" Карамзина. Рабочими сообщалось, что на территории дачи был небольшой овражек, в котором находился из­вестковый грот, этот грот назывался гротом Бедной Лизы и "избушка хорошо оштукатуренная, но печи в ней не было", она называлась бе­седкой Бедной Лизы. Удалось обнаружить изображение беседки Бедной Лизы. В книге Ю.М. Лотмана приведена гравюра начала XIX в. с изображением беседки, посвященной "Бедной Лизе", без указания ее местонахождения. Священник церкви Рождества Богородицы в Старом Симонове Яков (Иаков) Васильевич Остроумов в своей книге приводит позднейшую фотографию этой же беседки под названием Карамзинской (при этом он приводит легенду, что Карамзин в ней писал "Бедную Лизу"), указывая, что она была на месте завода.  Эта беседка находилась на даче Бекетова. В журнальном варианте «Исторического описания» В.В. Пассека упоминается также, что в беседке ранее находилась картина, напоминающая о повести «Бедная Лиза».

 

Беседка "Бедной Лизы". Гравюра н.XIX в.

 

Остроумов, кото­рый долгое время был священником церкви в Старом Симонове и хоро­шо знал Селивановских и их дачу (еще в 1880-х гг. он работал учи­телем в Симоновском училище, Селивановские были к тому же благотворителями рождественской церкви) с горестью писал об уничтожении последней: "Для устройства электрического завода понадобилось вырубить и уничтожить тот великолепный парк, в котором Русские писатели отдыхали от своих трудов под развесистыми громадными ореховыми деревьями, темно-зелеными пихтами и туйями, под раски­дистыми кленами, листья которых каждую осень отливали то пурпуро­выми, то золотыми колерами, как-бы пытаясь вознаградить и разв­лечь путника сожалеющаго о проходящем лете и с грустью взирающаго на увядающую красоту природы, где в громадных кустах душистой си­рени раздавались нежныя трели соловьев, а с стройных высоких со­сен и развесистых елей неслось кукованье русской вещуньи кукушки. Рои других птиц своими мелодичными голосами заставляли каждого посетителя этого парка забывать о своих треволнениямх городской жизни и вдыхать в себя свежий, пропитанный благоуханьем, воздух. Всякий посещавший и помнящий этот парк, чуть не со слезами на глазах вспомнит и пожалеет о нем"  [40].

 

.

Беседка "Бедной Лизы". Фото к. XIX  в.

 

Я.В. Остроумов


Новые хозяева имения Селивановских - акционерное Бельгийское общества быстро взялись за дело: под ударами топора погиб роскош­ный сад и били уничтожены грот и избушка Бедной Лизы, "живописаня дача Селивановского" и "старинный Бекетовский сад" уступили место заводским корпусам.

Продав загородное владение в Симоновой слободе под завод, наследница Селивановских оказала плохую услугу и самой слободе, и церкви Рождества Богородицы, которая была приходской для их семьи, и Симонову монастырю, где был похоронен род Семена Аникее­вича, и Карамзину, который так любил окрестности монастыря, отли­чающиеся живописностью, и его литературному произведению "Бедной Лизе". В начале 1930-х гг. под натиском завода "Динамо" были уничтожены остатки старой Симоновой слободы, в которой "жила" бедная Лиза; церковь Рождества Богородицы оказалась на территории завода и в ней была устроена компрессорная. Монастырь с некропо­лем, на котором были похоронены Селивановские, Веневитиновы, Ак­саковы, Пассеки и многие другие знаменитые россияне уступил место Дворцу культуры, восприемнику ДК завода «Динамо» «Пролетарская кузница»,  в уцелевшей трапез­ной церкви, где некогда собирались на поминальные обеды, размес­тили то кинозал клуба, то общежития, то какие-то производственные организации. Ли­зин пруд закопали, а в 1980-х гг. на его месте был построен админист­ративный корпус все того же завода "Динамо". И не осталось уже ничего, что бы напоминало о Карамзине, Дмитриеве, Погодине, Беке­тове, Селивановских, Веневитиновых, Пассеках. Есть здесь памятные доски о посещении Ленина, памятник Кирову, но нет здесь памятника Н.М. Карамзиниу, который любил Симонов монастырь и его окрестнос­ти, памятника его литературному произведению "Бедной Лизе", кото­рое оставило неизгладимый след в русской литературе; нет здесь памятной доски о том, что места эти посещали наши великие поэты, писатели, историки, такие как Пушкин, Жуковский, Лермонтов, Ла­жечников, Белинский, Герцен, Погодин.

         

                                    иллюстрации         начало статьи

 

                                                 Дополнения

Н.С. Селиваноский, как недавно выяснилось, был также москвоведом, писал статьи о московских окрестностях (смотри, например, его статью "Лизин Пруд и роща Тюфелева"

О брате Селивановской можно найти воспоминания в "Записках графа М.Д.Бутурлина" (М., 2006). Людвиг Антонович был другом композитора Варламова, он увлекался пением, был певцом-дилетантом. О его сестре Селивановской автор писал следующее: " Недавно скончавшаяся сестра Людвига Антоновича Гизетти, Евгения Антоновна Селивановская (супруга известного типографщика), владетельница известной дачи за Симоновым монастырем, была женщина высокой добродетели и долго будет памятна многим москвичам. Она передавала нам, что Гизетти происхождения венецианского" (Том I. С. 636).

О И.Д. Бартеневе смотри здесь: http://kostromka.ru/nobles/25.php

Н.К. Калайдович был приятелем братьев Аксаковых и А.А. Фета. Смотри: Фет А.А. Ранние годы моей жизни. М., 1893. С. 215-216. Фет А.А. Воспоминания. М., 1983. С. 173-174. Также смотри воспоминания А. Григорьева.

Остроумов И.В. Храм рождества Богородицы на старом Симонове. М., 1912.  С. 39 - о праздновании 500 летия Старой Симоновской обители: "...все было исполнено и на вновь открытых стенах были повешены, пожертвованные Г. Бекетовым масляные картины, художника Доминика Скотти в золоченых рамах..." [Доменико Скотти? русский художник, расписывающий Люблино?] с. 133 - 1870 год, сентябрь: "после литургии митрополит посетил вместе с генерал-губеренатором Е.А. Селивановскую, много и неустанно трудящуюся для этого праздника".

 

Ссылки

1. История завода "Динамо". М., 1961. Т.1. С. 11; Розанов Н.П. Старое Симоново в Москве // Русские достопамятности. М., 1883. Вып. 2. С. 24; Топоров В.Н. "Бедная Лиза" Карамзина. Опыт прочте­ния. М., 1995. С. 356, 359, 364.

2. Дмитриев М.А.  Мелочи из запаса моей памяти.  М., 1869. С. 244; Он же. Главы из воспоминаний моей жизни. С.60-61; Клеймено­ва Р.Н. Книжная Москва первой половины XIX ы. М., 1991. С. 96-99; Симони П.К.  Платон Петрович Бекетов // Старые годы. 1908. №2. С. 105-110; №3. С. 160-165: ЦИАМ. Ф. 105. Оп. 2. Д. 1480: Оп. 7. Д. 4985..

         3. Кетов А.П.  Воспоминания // Русский архив.  1904.  №9. С. 27, 31, 34, 40, 44, 48, 52.

4. Кетов А.П. Указ. соч. С. 32; Рассказы Бабушки. Из воспо­минаний пяти поколений, записанные и собранные ее внуком Д. Бла­гово. Л., 1989. С. 289-291.

5. Кетов А.П. Указ. соч. С. 28, 34, 35, 48-53.

6. Кетов А.П. Указ. соч. С. 29-33, 35, 36, 43, 46, 47.

7. Дмитриев И.И. Сочинения. СПб., 1893. Т. 2. С. 48; Дмитри­ев М.А. Указ. соч. С. 108-109; Иванчин-Писарев Н.Д. Вечер в Симо­нове. М., 1840. С. 3-5, 55.

8. Дмитриев М.А. Указ. соч. С. 60, 61, 220; Кетов А.П. Указ. соч. С.29, 30, 32.

9. Барсуков Н.П.  Альбом автографов Н.Д.  Иванчина-Писарева. // Старина и новизна.  Т. 10. СПб., 1905. С. 534; Иванчин-Писарев Н.Д.  Указ.  соч.  С. 5; Он же. Утро в Новоспасском. М., 1841. С. 87.

10. Дмитриев М.А. Указ. соч. С. 234; Кетов А.П. Указ. соч. С. 42-43;  Саитов В.И.  Московский некрополь.  СПБ.,  1907. Т. 1. С. 410,  411; СПб., 1908. Т. 2. С. 421, 422; ЦИАМ. Ф. 420. Оп. 1. Д. 1191. Л. 23.

11. Снегирев И.М. Дневник. М., 1904. Т. 1. С. 3, 15, 31, 65, 83; Кетов А.П. Указ. соч. С. 43.

12. Барсуков Н.П.  Жизнь и труды М.П.  Погодина. СПб., 1890. Т. 3. С.68; Кетов А.П. Указ. соч. С. 43.

13. Карамзин  Н.М.  Избранные сочинения.  М.,  1820.  Т.  9. С.298; Москва, или Исторический путеводитель по знаменитой столи­це государства Российского. М., 1831. Ч. 4. С. 237; Пассек В.В. Историческое описание московского первоклассного общежительного Симонова монастыря. М., 1843. С.34-35; Рассказы бабушки. Л.,

1898. С. 255.

14. Старые годы. 1908. №4. С. 235.

15. Барсуков Н.П. Указ. соч. СПб., 1891. Т. 5. С.117.

16. Дмитриев И.И. Сочинения. Т. 2. С. 323; Письма И.И. Дмит­риева к П.А.  Вяземскому // Старина и новизна.  Спб., 1898. Т. 2. С. 184.

17. Атлас столичного города Москвы. М., 1852-1853 гг.

18. ОР РГБ. Ф. 231/II. Кар. 29. Ех. 46. Л. 4, 4 об.

19. Дмитриев М.А. Указ. соч. С. 99. Клейменова Р.Н. Указ. соч. С. 101-105; Любавин М. Издатель и типограф Семен Селивановс­кий // Альманах библиофила. М., 1981. Вып. 10. С. 142-154; Коно­нович С.С. Типографщик Селивановский // Книга: исследования и ма­териалы. М., 1979. Вып. 23. С.100-107, 110; Пушкин А.С. Полн. собр. соч. М-Л, 1937. Т. 13. С. 161; Романюк С.К. ИЗ истории мос­ковских переулков. М., 1998. С.188-189; Селивановский Н.С. Запис­ки // Библиографический записки. 1858. № 17. Ст. 515-522.

20. ЦИАМ. Ф. 105. Оп. 1. Д. 2176; ОР РГБ.  Ф.  226.  Кар. 1. Ед. хр. 78. Л. 11 об.; Кар. 6. Ед. хр. 27. Л. 19; Пап. 1. Ед. хр. 65. Л.3.

21. Снегирев И.М. Указ. соч. С. 31; Изветы Снегирева // Русский архив. 1901. № 3. С. 527-528.

22. Снегирев И.М.  Указ. соч. Том 1. С. 201; ОР РГБ. Ф. 226. Кар. 6. Ед. хр. 26. Л. 1; ОР РГБ. Ф. 231/1, кар. 32, ед. хр. 1, л. 128.

23. Московие ведомости.  1835.  №48.  С. 2409; ЦИАМ. Ф. 420. Оп.1. Д. 1191. Л. 12, 12 об.; Д. 1735. Л. 149 об.

24. Снегирев И.М.  Указ. соч. С. 410, 411; ЦИАМ. Ф. 420. Оп.

1. Д. 1193. Л. 3, 12 об., 19 об.; Д. 1191. Л. 14 об., 15, 17 об.;

Д. 1327. Л. 3 об., 5 об., 12 об., 18 об., 25 об., 26 об.

25. ЦИАМ. Ф. 420. Оп. 1. Д. 1369. Л. 2; Д. 414. Л. 4.

26. Белинский В.Г. Полн. собр. соч. М., 1956. Т. 12. С. 17-18; Литературное наследство. М., 1934. Т. 16-18. С. 721-722, 724; Насонкина Л.И. Московский университет после восстания декаб­ристов. М., 1972. С. 268-273; Оксман Ю.Г. Декбристы в Москве. М.,

1963. С. 190-197, 201-202; Он же. К истории работы Белинского в "Телескопе" // Ученые записки Саратовского государственного унивеситета. Саратов, 1952. Т. 31. С. 250- 262; Саитов В.И. Указ. соч. СПб., 1908. Т. 2. С. 414.

27. Письмо Н.В. Беклемишева неизвестному // Литературное наследство. Т. 56. С. 274-276.

28. ЦИАМ. Ф. 420. Оп. 1. Д. 1308. Л. 2.

            29. Оксман Ю.Г. Декабристы в Москве. С. 202-204; Русский би­ографический словарь. М., 1916. Т. 5. С. 179; ЦИАМ. Ф. 420. Оп. 1. Д. 1384. Л. 5;

30.  ОР РГБ. Ф. 47/II. Кар. 6. Ех. 1. Л. 1-3.

31. Романюк С.К.  Указ. соч. С. 189; ОР РГБ. Ф. 291. М 2250. Ех. 26. Л. 1.

32. ОР РГБ.  Ф.231/II.  Кар.  14.  Ех 50.  Л. 40, 51, 53; Ф. 231/I. Кар. 34. Ех 3. Л. 44.

33. Аксаков И.С.  Иван Сергеевич Аксаков в его письмах.  М.,

1892. Т. 3. Ч. 1. С.70; Бессонов П.А. Константин Феодорович Ка­лайдович. М., 1868. Т. 2. С. 62; Московски ведомости. 1854. 28 августа. С. 1300; ЦИАМ. Ф. 420. Д. 1322. Л. 6, 7;

34. ОР РГБ. Ф. 231/II. Кар. 24. Ех. 23. Л. 1-4 об.

          35. Адрес-календарь  Москвы на 1903 год.  М.,  1903.  Ч.  4. С.285; Адрес-календарь. Общая роспись начальствующих и прочих должностынх лиц на 1868 год. Ч.1. С. 626; Вся Москва: Адрес­но-справочная книга на 1896 год. М., 1896. С. 791-792; Саитов В.И. Указ.  соч. Т. 2. С. 270; ОР РГБ. Ф.131. Пап. 32. Ех. 73. Л. 1-4; ОР РГБ. Ф. Г-О. К. 9. Е.хр. 22. Л. 10-10 об.:  ЦИАМ. Ф. 420. Д. 1389. Л. 4, 4 об.

36.  ЦИАМ. Ф. 420. Д. 1412. Л. 4, 4об, 6.

37. Адрес-календарь г.  Москвы на 1891 год.  М., 1891. Ч. 2.

С.  177; Ведомость о начальных училищах г. Москвы к 1 января 1885 г. М., 1885. С. 142; Магнуссен В.П. Уманец Л. Окрестности Москвы: Справочная книга. М., 1902. С. 107.

38.  ЦИАМ. Ф. 420. Д. 1522. Л. 6 об.; Д. 1551. Л. 1 об.

39. Амшинская И.М. В.А. Тропинин. М., 1970. С. 165, 175, 231, 152.

40. "Динамо" (25   лет  революционный  борьбы).  М.,  1923. С.13-14; История завода "Динамо". Т. 1. С. 10; Остроумов И.В. Храм рождества Богородицы на старом Симонове. М., 1912. С.. 87-89; Шипилин Л.В. Большевистский путь борьбы и побед. М., 1933. С. 5-6.                        

 

 

Категория: Симонов монастырь и его окрестности | Добавил: marina (08.03.2009)
Просмотров: 2212 | Комментарии: 1
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]