Среда, 23.01.2019, 08:41 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Каталог статей

Главная » Статьи » Разное

Энциклопедия Смысловых. Замечания и дополнения. Часть 1. Батюнина-Коржавино

 

Чусов Сергей Юрьевич, Чусова Марина Адольфовна

 

Данная статья представляет собой замечания, возникшие при изучении очередного капитального научного труда исследователей истории Царицыно и его окрестностей А.Г. и П.А. Смысловых: А.Г. Смыслов, П.А. Смыслов. Царицыно. Об истории юга Москвы. Энциклопедия. Т. 1. (М., 2017), а также необходимые, на наш взгляд, к нему дополнения. Для удобства замечания и дополнения привязаны к разделам этого энциклопедического издания, при этом по обсуждаемым вопросам даются ссылки на страницы книги.

В качестве общих замечаний можно отметить, что, несмотря на заявленный энциклопедический характер издания, рассматриваемая книга (в основном, это касается первой её части) по своему содержанию (многие разделы имеют неполный характер, наряду с документальными материалами приводятся умозрительные версии и предположения авторов) не является энциклопедией в строгом смысле этого слова. Скорее к ней подошло бы название: Материалы к истории юга Москвы. Также, в связи с этим, огорчило отсутствие в книге именного и географического указателей, что весьма затрудняет работу с ней.

Для наглядности дополняем замечания картами-схемами:

Селения и пустоши, дороги на XVII век, наложение на карту 1952 года

Булатниковская вотчина, селения и пустоши, наложение на современную карту

Селения и пустоши, овраги и речки, дороги Растовская и Фроловская, наложение на современную карту

 

Батюнина: «Деревня Батюнина известна по документам только с середины XVII века, когда административно входила в состав Коломенской дворцовой волости. В Википедии имеется ссылка на писцовую книгу 1664 г.: "Села Коломенского ... деревня Батюнино". Но вероятно, эта ссылка ошибочна, так как в Обозрении писцовых книг по Московской губернии такой писцовой книги не отмечено."» (с. 13-14), "Затруднение вызывает и интерпретация названия деревни, которое в XVII веке ещё не было устойчивым и варьировало от Батенино до Батюнино" (с. 15) – В челобитье дьяка Марка Поздеева 1614 г. на подмосковное поместье «в Ратуеве стану на речке Городенке пустошь, что была деревня Шайтурово с пустошью, что была деревня Высокое с пустошью Ломанихою в Большом лугу Короваиве подле озера Кореваивского с пустошами и с покосцы за Москвою-рекою против села Коломенского под деревнею Батунины в мостищах», то есть последняя пустошь с принадлежащими ей покосами локализуется «за Москвою-рекою против села Коломенского под деревнею Батунины в мостищах», причём указывается, что «были де те деревни с пустошами с поместье за дьяком Меншим да Ивановым», то есть косвенно подтверждается существование деревни Батюнино в 1588 г. [РГАДА, ф.1209, оп.1, д. 12379, л. 422-422 об.]. Кстати, в межевой книге 1623 г. упоминаются кошельники деревни Батвитиной (то ли ещё одно название деревни, то ли искажение её названия межевщиком), что говорит о том, что этот промысел уже тогда существовал в этой деревне [РГАДА, ф.1209, оп.1, д. 9806, л. 1082 об.]. В переписной книге 1646 года (по нашему мнению, это её в Википедии назвали писцовой книгой 1664 г., перепутав цифры) в составе Коломенской дворцовой волости упоминается деревня Батюкина [РГАДА, ф. 1209, оп. 1, д. 9809, л. 57 об.]. Как видим, диапазон названий  деревни в XVII веке был гораздо шире, чем Батенино-Батюнино.

Беляева, Ближняя Беляева: «…название речки Чертановки впервые встречается в Переписной книге 1646 года при упоминании сельца Шайдурово», «в отношении той речки, которую сейчас считают Городенкой, в древних документах используют другие названия – Черногрязка, Сухая Городенка» (с. 18) – на самом деле, согласно писцовой книге 1627-1628 гг., название Чертановка речка носила уже тогда (на Чертановке располагались «тянувшие» к селу Покровскому деревни Котляково и Дмитровская [РГАДА, ф. 1209, оп. 1, д. 9807, л. 82 об.-83; http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/piscovye_knigi_1627_goda/7-1-0-179]). Кстати, в этом же описании владений села Покровского упоминаются пустошь Сенкино «вверх речки Сухои Городенки» и пустоши Горбово «на речке на Городенке», Рычково «на речке на Городенке» и Онкудиново «на ручью у речки Городенки», которые, судя по межевым книгам того времени http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/mezhevye_knigi_17_veka/7-1-0-180 , располагались именно на нынешней Городне. Также в той же писцовой книге при описании владений соседней деревни Бирилево Расловлово тож «вверх речки Сухой Городенки» упоминается пустошь Бараши Болшое Мининское «вверх речки Городенки», находящаяся на той же речке [РГАДА, ф. 1209, оп. 1, д. 9807, л. 186 об.-187; http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/piscovye_knigi_1627_goda/7-1-0-179]). Таким образом, название Городенка по отношению к этой речке, вопреки мнению авторов, было употребимо уже тогда.

Бобынино: «…можно предположить, что деревня Бобынина располагалась на левом берегу огромного Шмелевского (Хмелевского или Шепелевского) оврага и вдоль древней Коломенской (Ордынской) дороги …, примерно между современной Домодедовской улицей (дома № 12 и 14) и Каширским шоссе. Пустошь (деревня) прилегала к царицынской (черногрязской) земле, не относясь к ней.» (с. 20) – последнее заявление авторов не очень понятно, поскольку пустошь Бобынино относится к первоначальному ядру Черногрязской вотчины Л.С. Стрешнева, была им приобретена ещё в 1633 г. и в дальнейшем неоднократно упоминается среди земель этого владения [см., например, РГАДА, ф. 1374, оп. 1, д. 108, л. 2 и далее]. Также, не обсуждая верность предложенной авторами локализации пустоши (деревни), хотим заметить, что в описаниях пустошь Бобынино неоднократно определяется как находящаяся на речке Язве [РГАДА, ф. 1374, оп. 1, д. 108, л. 3 об., 4 об., 5 об.; д. 848, л. 51], то есть в её состав входила частично территория нынешнего Царицынского парка.

Борисово (Борисовское): «…в селе на речке Городня была построена плотина и образовался пруд, который в XVII веке именовался Цареборисовским (или Царево-Борисовским).» (с. 22) – авторы здесь не дают подтверждающих ссылок, а нами пока не найдено документов, в которых этот пруд в XVII веке носил такое название (оно появляется только в XVIII веке). В XVII веке и пруд, и плотина описываются безымянными [Холмогоровы В.И. и Г.И. Исторические материалы о церквах и селах XVI-XVIII ст. М., 1892. Вып.8. С.8; РГАДА, ф.1209, оп.1, д.9809, л.426 об.; РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л.84 об.] (иногда пруд именуется Борисовским, когда требуется его топографическая привязка [РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л. 85 об., 201 об.; http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/3-1-0-4 ]). При этом в Ведомости дворцовых оброчных статей за 1781 г. относительно плотины при приселке Борисово указывается, что «В котором году и по какому указу оная построена, о том за згорением в [1]737-м году дел известия нет» [РГАДА, ф.1239, оп. 1, д. 302, л. 222].

С. 23, 24, 26 – авторы нелицеприятно отзываются о писателе-краеведе начала XIX века Н.Д. Иванчине-Писареве. Об этом писателе и его роли в развитии отечественного краеведения см.: «Н.Д. Иванчин-Писарев и Южный округ»«Рудины - усадьба Иванчина-Писарева»«Утро, День и Вечер Н.Д. Иванчина-Писарева» .

«…в статье о селе Борисове материал о древней истории обосновывается … сведениями, полученными от некоего старожила В.А. Дрянновой (такой фамилии не встречается у коренных жителей села Борисова – авт.).» (с. 25) – тем не менее, В.А. Дряннова – реальный человек, старожил села Борисова, потомок его коренных жителей. С ней беседовал и от неё получил сведения, отражённые в упоминаемой статье, борисовский краевед Д.В. Балуев, не доверять которому мы не имеем основания.

«Первое достоверное … указание на сады в селе Борисове содержится в Переписи дворцовых садов 1701 г. …» (с. 31) – на самом деле, государев сад в селе Борисове описывается в писцовых книгах Коломенской дворцовой волости 1674-1677 гг.: «Государева сада по мере пять десятин без трети а у того саду садовники [2 двора]» [РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л. 85; http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/3-1-0-73 ].

«По обеим сторонам Хмелевского … оврага находилось множество пустошей, относившихся к селу Коломенскому, но источников, однозначно свидетельствующих, что все эти пустоши «тянули» (то есть входили в состав) также и к его приселку, селу Борисовскому, не открыто… В то же время имеются указания, что отдельные пустоши, расположенные в самом верховье этой овражной системы, принадлежали селу Борисовскому (Борисову). Это замечание относится, например, к пустоши Хмелевской …» (с. 31) – в тех же писцовых книгах Коломенской дворцовой волости 1674-1677 гг. указывается: «К приселку Борисову пустошь Надеино Гридина роспашь Щеголева тож выше Хмелевского врага … владеет приселка Борисова садовник … вместо государева годового денежного и хлебного жалованья … пустошь Озябликова … пашут приселка Борисова рыбаки да прудовые сторожи …» [РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л.86 об.-87]. Что же касается пустоши Хмелевской («направе земля села Коломенского пустоши Олгинина до пустоши Хмелевскои а налеве земля Бесецкой волости пустоши Лохтевой … направе эемля села Коломенского пустоши Хмелевской а налеве земля села Бесед пустоши Лохтева» [РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л.10-10 об.], «направе земля пустоши Хмелевскои а налеве земля Успенского Собору пустоши Румянцовы» [РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л.12], «от земли Коломенской волости пустоши Хмелевой да Бесецкой волости деревни Зябликовой» [РГАДА, ф.1239, оп.2, д.1359, л.33]), то указания на её принадлежность к селу Борисово тут не просматривается.

«Краевед И.Н. Сергеев утверждает, что во второй половине XVIII века в селе Борисове был царский путевой дворец, в котором в 1767 г. жила императрица Екатерина II ...» (с. 32) – эта информация содержится в книге: Любецкий С. Московские окрестности, ближние и дальние, за всеми заставами, в историческом отношении и в совре­менном их виде. М., 1877. С.200-201. Сам И.Н. Сергеев в качестве источника приводимой им информации ссылается на книгу: Девель Н.М. Царицыно. СПб., 1910. С. 6, 8. Правда, до настоящего времени документального подтверждения существования этого дворца в селе Борисово не обнаружено.

Братеево: на с. 39, 42 даны ссылки на статью: Чусов С.Ю. Братеево // Московский журнал. История государства Российского. 1998. № 7. С. 58-59 – в указанных ссылках имеется ошибка, должно быть: Чусов С.Ю. Братеево // Московский журнал. История государства Российского. 1998. № 8. С. 58-59.

«Свидетельство межевой книги важно тем, что оно позволяет примерно установить местоположение Дмитриева пруда» (с. 46) – Дмитриев пруд находился на месте слияния речек, носивших позднее названия Хмелевки (Шмелевки) и Кузнецовки. На нём в описываемый период находилась деревня Зябликово [см. Зябликово].

Относительно названий речки Шмелевки (Хмелевки, Борисовки, Шепелевки): «Названия речки стали возникать в XIX веке на топографических картах окрестностей Москвы» (с. 46, прим. 129) – на самом деле, конечно, названия у речки появились гораздо раньше. Так, название речки Хмелевка отмечено на плане Генерального межевания 1766 г. [РГАДА, ф.1354, оп.257, д.О-1, л.1]. В начале XVII века речка носила название Крупенской (Крупенки, Крупинской), от исчезнув­шей деревни Крупино, располагавшейся на ней [РГАДА, ф.1209, оп.1, д.9807, л.129 об., 132-132 об.].

Булатниково: С. 49 – на схеме дорога Растовка показана в неправильном направлении: на самом деле она шла по направлению к деревне Лопатино. [см.: М.А. Чусова. Древние дороги юга Москвы (часть 2) // Московский журнал. 2017. № 12; Древние дороги юга Москвы].

С. 51 – указывается, что сельцо Старое Губцово (Зюзино) Чудова монастыря в 1560 году было выменено царем Иваном Грозным и присоединено к Булатникову. Документ опубликован: Русский дипломатарий, Вып. 9. М., 2003. С. 125. http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/staroe_gubcovo/7-1-0-258

«… в начале XVII века деревни с таким названием [Жуково] в этом месте не было. У деревни было другое название, данное ей, как и полагалось, по фамилии первого владельца. И называлась она деревней Озаковой.» (с. 51) – на самом деле, согласно писцовой книге 1627 года деревня Жуково значится за А.Ю. Сицким, она относилась к 2/3 села Ермолина [РГАДА, ф.1209, оп.1, д.9807, л. 61 об.]. Сельцо, что была деревня Озакова, на речке на Обитце было за Михаилом Смываловым. В 1633 году вотчину Смывалова отказали дьяку Мине Кирилловичу Грязеву в поместье. Он же перенес сельцо на новое место, недалеко от Озаково: «Сельцо Новое на речке на Обитце а в отказной выписы подьячего Якова Девятого то селчо написано Озаковым, и то сельцо не Озаково, а Озаково есть с тем же селчом с поля на поле деревня его же Минина помесная» [Русская историческая библиотека. Т. 21. СПб, 1907. Стлб. 1529]. (http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/timokhovo_chast2/7-1-0-191). Следует также отметить, что деревня Жукова не была расположена на речке Битце (Обитце) [см., например, планы Генерального межевания].

«Дьяку М.С. Смывалову сначала в поместье, «а после того дано было Михаилу в вотчину» из земель села Булатникова четыре деревни: …, Росиха (Росихина) на речке Обитце, … «деревня Озаково на речке на Обитце», «сельцо Новое на речке на Обитце»; пустоши: … Росихино …» (с. 54) – за М.С. Смываловым в 1626 г. числилась деревня Росихино (Росиха) [Русская историческая библиотека. Т. 21. СПб, 1907. Стлб. 1531-1532], которая к 1633 г. стала пустошью [РГАДА, ф. 1209, оп. 2, д. 9831, л. 350-353 об.] http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/timokhovo_chast2/7-1-0-191. Сельцо Новое в 1633-1634 г. основал дьяк Мина Кириллович Грязев (см. выше), при этом он припустил к нему в пашню пустошь Росихино и третье поле деревни Озаково [Русская историческая библиотека. Т. 21. СПб, 1907. Стлб. 1529] http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/timokhovo_chast2/7-1-0-191 .

С.55 – упомянута пустошь Окулинина Вознесенского монастыря. В развитие темы: указанная пустошь значилась за Вознесенским монастырем по писцовой книге 1627 года [РГАДА, ф.1209, оп.1, д.9807, л. 81], находилась она на овраге Окулининском, ныне – Малый Тарычевский пруд в городе Видное. Поскольку располагалась между дачами селений Тарычево и Тимохово, в мае 1675 года владелец этих селений Б.М. Хитрово выпросил эту пустошь себе и основал на ней деревню (http://moskva-yug.ucoz.ru/photo/12-0-3084-3?1433525876).

Дьяковское (Дьяково): «Впервые упоминается в духовной грамоте князя Владимира Андреевича Храброго.» (с. 59) – существует точка зрения, согласно которой в духовной грамоте князя Владимира Андреевича Храброго упомянуто другое село Дьяковское. Так как здесь Дьяковское упоминается вместе с селениями Медкино, Буболское и Бенитцкое, расположенными на реке Луже, видимо, это село Дьяковское было расположено также в этом районе. Следовательно, первое упоминание нашего села Дьяковского относится к 1447 г., к «Докончанию великого князя Василия Васильевича с князем Серпуховским и Боровским Василием Ярославичем» [Печников М.В. Подмосковное Коломенское в XIV-XV веках – вотчина князей московского дома. // Коломенское. Материалы и исследования. М, 2004. Вып. 8. С. 22-24; Суздалев В.Е. Очерки истории Коломенского. М., 2002. С. 25].

«В настоящее время ряд учёных-археологов убеждены, что село Дьяковское, как населенный пункт, меняло свое место. Прежнее место они считают селищем «в бывшем с. Дьяково (в дьяковском саду)». … Однако приведенные нами документы свидетельствуют, что к саду были пригорожены 14 дворовых мест церковных бобылей. … Поэтому утверждение ученых-археологов о перемене места нахождения села Дьяковского мы считаем ошибочным.» (с. 70) – В писцовых книгах 1674-1677 г. даётся несколько иная информация относительно участков, пригороженных к государевому саду: «… а что в приправочных книгах написано двор прикащиков, да на церковной земле два двора бобыльские, да место попово, да место Кирюшки Исаева на оброке, да четырнадцать мест келейных нищих … и по скаске села Коломенского выборных крестьянов Игнашки Федорова с товарищи дворовые и усадьбы имут место, пригорожены в Государев сад …» [Выписи 1675-1677, 1696 годов с межевых и писцовых книг дворцовой Коломенской волости // Коломенское. Материалы и исследования. М., 1993. Вып. 4. С. 22]. Само селище в Дьяковском саду описывается так: «На площади около 5 га распространена керамика XV-XVII вв., а также полихромные образцы XVII в. Мощность культурного слоя не превышает 20 см.» [Н.А. Кренке. Археологическая карта заповедника «Коломенское» // Коломенское. Материалы и исследования. М., 1991. Вып. 2. С. 43]. Относительно селища на месте бывшего с. Дьяково говорится: «Памятник содержит остатки построек XVIII-XIX вв. При сборе подъемного материала выявлены многочисленная керамика этого времени, изразцы конца XVIII-начала XX вв.» [Н.А. Кренке. Указ. соч. С. 44]. На его территории не обнаружено остатков поселения XIV-XV веков (ничего древнее монет начала XVIII столетия здесь вообще не обнаружено), в то время как на южных склонах Голосова оврага найдена бытовая керамика XIV-XV веков [Суздалев В.Е. Очерки истории Коломенского. М., 2002. С. 25]. Также о изменении местонахождения села Дьяковского в XVII в. говорится в челобитной крестьян этого села 1689 г.: "...они ж крестьяне в прошлые годы переселены на новую полевую землю, а в крестьянские усадьбы и сады пригорожены к садам да им же крестьяном дана была пустошь Острединовская вместо прежней их усадной земли..." [опубликована в: Е.С. Нефедова. Рыбный промысел в Коломенской дворцовой волости во второй половине XVII века // Коломенское. Материалы и исследования. М., 1995. Вып. 6. С. 55].

"В приселке Дьяковском у царя были Конюшенный и Потешный дворы...Отметим, что в 90-е годы XVII века в селе Коломенском упоминается и Потешный городок, который также фактически был расположен на землях приселка Дьяковского, на крестьянском выгоне, то есть участке для пастьбы скота. Имел ли он отношение к дьяковскому потешному двору  царя Алексея Михайловича , наверняка мы сказать не можем. Крестьяне считали себя обиженными, так как не получили за устройство городка никакой компенсации. Их ходатайство о компенсации рассматривалось много позже в 1689 году." (с. 72-73)В челобитной дьяковских крестьян 1689 г. говорится: "Поставлен у них Потешной двор на тяглом выпуске да потешная конюшня с пригоны да ниж ней потешной городок...", и далее: "а в осмотре твоем написано приселка Дьяковского на крестьянской выпускной земле построено вновь потешной двор да конюшня с пригоны да два потешных земляных городков да стрелецким шелашам той выпускной земли взято...и по указу великих государей велено тот замой, о котором били челом села Коломенского кошельники, на оброк брать того ж села приселка Дьяковского крестьянам вместо взятой в зем[ле] той поте[шной двор да конюшня с пригоны да два потешных земляных городков]" [дело опубликовано в: Е.С. Нефедова. Рыбный промысел в Коломенской дворцовой волости во второй половине XVII века // Коломенское. Материалы и исследования. М., 1995. Вып. 6. С. 55].

Загорье: «…дьяк Смывалов, помимо деревни Загорье, получил из села Булатниково некоторые земли в поместье, а некоторые – в вотчину: сельцо Новое, деревни и пустоши … Жуково, …» (с. 76) – дьяк М.С. Смывалов не получал сельцо Новое и деревню (или пустошь) Жуково [см. наши комментарии к: Булатниково, с. 51, 54].

«Загорье находилось в частном владении 250 лет.» (с. 77) – непонятно, что авторы под этим подразумевают. Если имеется в виду, что Загорье находилось в частном владении до освобождения крестьян в ходе крестьянской реформы 1861 г., то и после этого существовала усадьба Загорье, имевшая своих владельцев. Собственно, с этой точки зрения Загорье перестало находиться в частном владении только после установления Советской власти, но это не 250 лет (1620-е годы –1917 г.).

«При нем [дьяке М.С. Смывалове] … на пустоши Жуковой возникла деревня.» (с. 77), «За деревней Озаковой … с XVIII века по созвучию закрепилось название Жукова. В тексте использованного нами источника она повсеместно упоминается под именем Озакова.» (с. 78) – данное мнение авторов является ошибочным [см. наши комментарии к: Булатниково, с. 51].

«В 1634 г. было проведено межевание булатниковского имения Смывалова в пользу другого дьяка, Мины Кирилловича Грязева …» (с.77) – вотчина М.С. Смывалова была отказана в поместье дьяку М.К. Грязеву 12 сентября 1633 г. [РГАДА, ф. 1209, оп. 2, д. 9831, л. 350-353 об.] http://moskva-yug.ucoz.ru/publ/timokhovo_chast2/7-1-0-191 .

«Четвертый владелец Загорья … упоминается уже в переписных книгах 1646 г.: «За Андреем Тимофеевым сыном Племянниковым деревня Загоровская, а в ней двор вотчинников …»» (с. 78) – на самом деле деревня названа «деревня Загорие» [РГАДА, ф. 1209, оп. 1, д. 9809, л. 509].

Коломенское: «… мы находим свидетельства, что черногрязские владельцы, Стрешневы, имели свои дворы и в селе Коломенском. [ссылка на: Есипов Г.В. Колдовство в XVII и XVIII столетиях (из ар­хивных дел) // Древняя и новая Россия. 1878. № 9. С. 65]» (с. 87) – не совсем понятно, о каких дворах тут идёт речь. Если имеется в виду «колдун» Симон Данилов, то он был крестьянином села Коломенское и упомянут в Переписной книге 1646 г. [РГАДА, ф.1209, оп.1, д.9809, л. 423 об.]. Каких-то прямых указаний в стрешневском деле о колдовстве на наличие у него дворов в Коломенском не просматривается. Однако, действительно, имеется свидетельство, что С.Л. Стрешнев имел в Коломенском свой двор. В показаниях князя Даниила Кропоткина - участника событий Медного бунта (1662 г.), происходивших в Коломенском,  говорится: "А в Коломенском де слес с лошади и пошол к боярскому двору Семена Лукьяновича Стрешнева" [Восстание 1662 г. в Москве.  Сборник документов. М., 1964. № 62].

"Отметим, что в селе Коломенском у царя Алексея Михайловича было два потешных двора: один - на землях приселка Дьяковского, другой - на землях собственно села Коломенского, и для его идентификации указывали: "В селе Коломенском на потешном дворе, что на студенце"...Здесь же на потешном дворе была устроена кречатня..." (с. 90) - вопрос о местонахождении потешных дворов возле села Коломенского - достаточно интересный.                                                                 Как уже указывалось выше, один потешный двор (вероятно, устроенный заново) находился на выпускной земле дьяковских крестьян [см. наши комментарии к: Дьяковское (Дьяково), с. 72-73]. В 1650 году царь Алексей Михайлович писал А.И. Матюшкину: "Да купить бы вам сушило такое ж, что в Семеновском и велеть поставить в Коломенском на потешном дворе в Кречетове и поставить так ж что в Семеновском, и чюланы перенесть против товож что в Семеновском, и запасов всяких половину из Семеновскаго перевесть в Коломенское на потешной двор" [Собрание писем царя Алексея Михайловича. М., 1856. С. 32]. Интересно, что пустошь Садки Кречетово тож в 1657 году принадлежала С.Л. Стрешневу, который в конце этого года обменял её и пустошь Мещериново на государеву пустошь Острединовскую, относившуюся к владениям Коломенской дворцовой волости. До этого ещё она под названием "Садки на прудце" в 1627 году  числилась за дьяком Сурьянином Таракановым и подьячим Богданом Нестеровым. Согласно межевым книгам 1675-1676 годов, пустошь Кречетово (Кречетовская) находилась на самой границе Коломенской дворцовой волости, возле развилки дорог Серпуховской и Растовки (ныне это в окрестности современной станции метро «Варшавская») [Об этом см.: М.А. Чусова. Древние дороги юга Москвы // Московский журнал. 2017. № 6. С. 76; М.А. Чусова. Древние дороги юга Москвы (часть 2) // Московский журнал. 2017. № 12. С. 57; Древние дороги юга Москвы]. В писцовых книгах 1674-1677 гг. приселка Дьяковского про эту пустошь и потешный двор говорилось: «в приправочных книгах написано под приселком Дьяковским от Коломенского к Гумнёвой луке сенных покосов и с капусники десять десятин с полудесятиною...И те сенные покосы приписаны к потешному двору лошадям на выгон...Пустошь Остретдиновская, да к ней же припущена в пашню пустошь Антипинская, да пустошь Духонино, что за развиловатым прудом...а в приправочных книгах написано в трех пустошах пашни и лесной поросли сто восемь четь и с осминою, а ныне той пустоши недомерено сто одна четь без третника в поле, а в дву потому ж, а по скаске села Коломенского выборных крестьян Игнашки Федорова с товарыщи, что та пашня и лесная поросль променена боярину Семёну Лукьяновичу Стрешневу, а выменена пустошь Кречетова, припущена села Коломенского к Государевой десятинной пашне» [Выписи 1675-1677, 1696 годов с межевых и писцовых книг дворцовой Коломенской волости // Коломенское. Материалы и исследования. М., 1993. Вып. 4. С. 24]. Отсюда возникают две неясности: во-первых, получается, что, возможно,  потешный двор первоначально находился не в дворцовых владениях, а на близлежащей  территории вотчины Стрешневых, то есть в частных владениях  (аналогичное свидетельство мы имеем  относительно "волчьего двора" в Чертаново [см. в: М.А. Чусова. Древние дороги юга Москвы // Московский журнал. 2017. № 6. С. 78; Чертаново] и потешного двора на Студенце, как будет показано далее), возможно также, что к С.Л. Стрешневу пустошь Садки Кречетово  тож перешла уже после 1650 года, и это второе название её напоминает о бывшем здесь соколином потешном дворе; во-вторых, во второй половине 1670-х годов Кречетово значится как "припущенное к пашне", хотя потешный двор в это время существует (по челобитной 1689 года, потешный двор значится как "построенный вновь на крестьянской выпускной земле"). Говорит ли это об изменении места расположения потешного двора, его перемещении с пустоши Кречетово, пока трудно сказать.                                                                                                                              Потешный двор в Коломенском на Студенце, на самом деле, находился на противоположном берегу Москвы-реки в Тюхалях (Тюхальских лугах или Тюхалевой роще), во владениях, либо принадлежавших Симонову монастырю, либо находившихся рядом с ними (как писали об этом в XVIII веке: "когда и по какому повелению в Дворцовое ведомство приняты были о том сведения не нашлось"). Так, например, "Сентября в десятом числе в день недельный в десятом часу дни (1676 год) великий государь, идучи в поход в село Коломенское, на своем государеве потешном дворе, что построен в Тюхове на Стюденце, пожаловал стольников и стряпчих походных, который за ним, великим государем, ездили в летних походех, и которые для Троецкого походу приписаны были, велел их отпустить по домом" [П.В. Седов. Походы царя Федора Алексеевича в село Коломенское // Коломенское. Материалы и исследования. М., 2011. Вып. 13. С. 59]. Видимо, этот же двор упоминается в вышеприведённом письме царя Алексея Михайловича А. И. Матюшкину 1650 года: "а будет кречетники наши и сокольники приехали втюхали [правильнее, в Тюхали - авт.], и вамбы приказать Афонасью Заболотцкому, чтоб их отпустил всех в деревню, а велел бы им быть Июля ко 2-му числу" [Собрание писем царя Алексея Михайловича. М., 1856. С. 32]. Позднее "В 1727 г. Преображенский приказ сообщил Приказу Большого Дворца, что в прошлых годах по указу Его Императорского Величества "пост­роен в Тюхальских лугах потешный двор, на котором в летнее время живут повсягодно кречетники и сокольники, и ястребники для справ­ки птиц, соколов, кречетов, челигов, ястребов и для того их при­езду сделаны были плетеные сараи из хворосту и покрыты соломою, а деланы были те сараи дворцового села Коломенского волостными крестьянами" [Цитата по: Кутепов Н.И. Царская и императорская охота на Руси к. XVII - XVIII в. СПб., 1902. Т. 3. Прим. 340. С. 171]. По состоянию на лето 1775 г. потешный двор к этому времени пришел в запустение (упоминаются деревянный дворец, два двора, амбары для птиц и мостики через болота и озера), денег на его содержание не выделяли [РГАДА. Ф. 1239. Оп. 1. Д. 1693. Л. 18 - 22 об., 49-51 об.; Оп. 3. Д. 30377. Л. 28-36; Оп. 18. Д. 400. Л. 1; Д. 408. Л. 1]. Об этом потешном дворе и царских охотах в его окрестностях см.:  Чусова М.А. Тюфелева роща // Московский журнал. 2001. № 9; История Тюфелевой рощи.

Коржавино, Казариново тож: «Второе название пустоши связано уже с именем другого владельца, стрелецкого головы Казарина Давыдова сына Бегичева, после смерти которого в 1621 г. пустошь была вновь отписана на государя, то есть стала дворцовой» (с. 94) – указанная информация приводится авторами без ссылки на её источник. При этом заключение о принадлежности пустоши Казарину Бегичеву является версией авторов [Смыслов А.Г., Смыслов П.А. Царицыно. История села Чёрная Грязь и его окрестностей в XVI-XVIII веках. М., 2012. С. 43-45], о чём следовало бы упомянуть.

«Местонахождение пустоши определить невозможно, но, по нашему убеждению, располагалась она на правом берегу речки Городенки и с правой стороны Большой Каширской дороги.» (с. 94) – согласно описаниям Черногрязской вотчины XVII в. пустошь Каза­риново "на речке на Язевке" (не на Городенке) [РГАДА, ф. 1374, оп. 1, д. 108, л.3-3 об.] находилась рядом с пустошью Черная Грязь, причем уже в 70-е гг. XVII в. крестьяне не разделяли их и пустоши Стеблевскую (на которой впоследствии была построена усадьба Черная Грязь (Царицыно) с церковью) и Анберскую и знали только их общую совокупную границу [РГАДА, ф. 1374, оп. 1, д. 108, л.5]. В 1633 г. Л.С. Стрешневым были приобретены в вотчину пустоши Черная Грязь, Коржавино, Казариново тож, Бобынино и Орехово, Алмазниково тож, и они составили единый земельный комплекс. Так как по описанию XVII в. три последние пустоши локализовались на речке Язве (Язевке) [РГАДА, ф. 1374, оп. 1, д. 108, л.3-3 об.] – нынешней Язвенке (на ней расположен Верхнецарицынский пруд) и учитывая вышеизложенное, следует предположить, что пустошь Коржавино, Казариново тож располагалась между пустошами Черная Грязь (район нынешней усадьбы Царицыно) и Бобынино (ныне территория Царицынского парка).

 

    продолжение

Категория: Разное | Добавил: marina (04.03.2018)
Просмотров: 232
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]