Среда, 23.05.2018, 14:09 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Каталог статей

Главная » Статьи » Селения Южного округа. Из истории Южного округа

Из истории Южного округа

Первые письменные сведения по истории земель, входящих в состав Южного округа, появляются только после монгольского на­шествия. В конце XIX в. первым московским князем Даниилом у Моск­вы-реки основывается Данилов монастырь. С началом XIV в. связано первое упоминание селений Южного округа: в завещании князя Ивана Калиты 1336 г. говорится о селах Коломниньское (будущее Коломенс­кое) и Ногатиньское (будущая деревня Нагатино), которые он пере­давал своему сыну Андрею Серпуховскому. Вскоре (до 1400 г.) рядом с ними во владении серпуховских князей появляется село Дьяковс­кое.

В результате активной политики московских князей происходит интенсивный рост населения Подмосковья, которому не смогли поме­шать даже чумные эпидемии середины XIV в. В 1370 г. основывается Симонов монастырь. Помимо чисто религиозных монастыри здесь пос­тепено стали выполнять функции сторожевых крепостей, ведь земли к югу от Москвы сильнее других страдали от татарских набегов. Такое положение этих земель препятствовало их нормальному заселению и заставляло московских князей прибегать к основанию слобод. Слобо­да есть искаженное слово "свобода". Князь "освобождал", т. е. разрешал охочим вольным людям "сесть на землю", отводил им учас­ток земли и брал слобожан под свое покровительство: давал им раз­личные привиллегии, главными из которых были некоторые самоуправ­ление и подсудность только самому князю, а также льготу в податях на определенный срок. После истечения срока льготы слободские по­селки входили в состав княжеских владений, дворцовых волостей. О тех временах напоминает, например, название деревни Слобода вбли­зи южной границы нынешней Москвы.

По южному Подмосковью проходили дороги, ведшие в Орду. Глав­ной из них была Серпуховка, называвшаяся еще Крымской дорогой, так как она была кратчайшим путем в Крым. В Рязанскую землю и на Дон отправлялись по Каширке, начинавшейся от Котла. Вдоль этих дорог располагались поселки ямщиков, ордынцев, числяков и делюев

- людей, чьим специальным назначением было обслуживание прибывав­ших из Орды различных представителей ханской власти. Мимо Котла (было ли тут селение или имеется в виду река, до самого XVII в. из документов понять невозможно) шли на Куликовскую битву, а за­тем возвращались с победою полки Дмитрия Донского. Вскоре "у Москвы на Котле" в 1390 г. великий князь Василий Дмитриевич с ма­терью и братьями встречал прибывшего из Константинополя митропо­лита Киприана, что знаменовало конец начавшейся еще при Дмитрии Донском церковной смуты.

В 1408 г. на Москву совершил набег хан Едигей. Захватить Москву ему не удалось, и разграбив окрестности, ханское войско с большим количеством добычи и пленных вернулось в Орду. Не успело население Подмосковья оправиться от татарского погрома, как в 1418 г. разразилась сильнейшая чума - "великий мор", вскоре пов­торившаяся, а за ней 2 года неурожаев и голода. В 1421 г. состоя­лась третья вспышка эпидемии, потом опять два неурожайных года - "великая меженина". Эти бедствия остались надолго в памяти насе­ления, и лет 40-50 спустя старожилы вели счет годам "от великого мора" или "от великой меженины". Запустение было так велико, что во многих местах не осталось никого, кто мог бы дать сведения о бывших владельцах селений. Несмотря на такие частные разорения, происходившие неурожаи и эпидемии, рост количества селений на территориях к югу от Москвы в XV в. продолжался. К этому времени относятся первое упоминание Новинок, на карте окрестностей Москвы XV в. , составленной академиком С. Б. Веселовским, показаны Сабу­рово и Чертаново.

В период с 1437 г. до последней четверти XV в. село Коло­менское с окрестностями, бывшее до того во владении серпуховских и боровских князей, постепенно переходит в великокняжескую собс­твенность и становится их подмосковной резиденцией. Помимо раз­личных селений великим князьям, а затем царям здесь принадлежат обширные охотничьи угодья и заливные луга по обеим сторонам Моск­вы-реки. Вторым крупным землевладельцем в этом районе были монас­тыри - Данилов и Симонов, а также крутицкие архиереи. Следует от­метить, что главной формой заселения были разбросанные по беск­райним просторам деревеньки в 1-3 двора. Все они объединялись вокруг какого-либо более крупного населенного пункта - села, где находилось управление всем земельным владением и жил вотчинник или княжеский управитель, а зачастую была и церковь.

Связанные с образованием Русского централизованного госу­дарства, становлением Москвы как его ядра и ликвидацией ордынско­го владычества массовое развитие и рост населенных пунктов и уве­личение численности жителей московских окрестностей во второй по­ловине XV-первой половине XVI в. были прерваны в середине XVI в. Затяжная война за Прибалтику, тяжелые чрезвычайные налоги, две эпидемии, годы опричнины и опустошительный набег крымского хана Девлет-Гирея в 1571 г. привели к запустению местностей к югу от Москвы. Теперь на немногочисленные сохранившиеся селения прихо­дился огромный массив пустошей - исчезнувших деревень, чьи поля заросли травою и лесом.

Последний татарский набег на Москву состоялся в 1591 г. Тог­да крымский хан Казы-Гирей, наступавший через Коломенское и Ко­тел, не смог прорваться к Москве, обстреливаемый из пушек со стен Данилова и Симонова монастырей. После непродолжительных стычек с вышедшим навстречу ему войском под предводительством Бориса Году­нова хан повернул вспять. В честь этой победы на месте, где нахо­дился стан русского воинства, был основан Донской монастырь, ставший последним звеном в южной цепи монастырей.

После заключения в 1582-83 гг. мира с Польшей и Швецией и наступления периода относительного спокойствия Подмосковье стало медленно оправляться от перенесенных бедствий. Однако, в начале XVII в. запустение московских окрестностей продолжилось в связи с трехлетним голодом и начавшейся Гражданской войной в стране, а затем и польской интервенцией - временем, получившим у современ­ников название Смутного. В 1605 г. возле Коломенского лагерем ос­тановились войска Лжедмитрия I, а через год тело убитого царя, извлеченное из убогих домов у Покровской заставы, было перевезено на Котел, где сожжено, а пепел развеян выстрелом из пушки.

В том же году южные окрестности Москвы стали театром воен­ных действий разыгравшейся крестьянской войны. В конце сентября к Москве подошли войска восставших под предводительством Истомы Пашкова, стан которых расположился в Коломенском. Через месяц к ним присоединились в большинстве своем состоявшие из крестьян и холопов отряды Ивана Болотникова, который и стал главой всего войска. Кроме Коломенского вторым основным опорным пунктом восс­тавших была деревня Заборье (она находилась в районе современных улиц Болотниковская, Варшавское шоссе, Нахимовский проспект; во второй половине XVII в. ее жители переселились в деревню Чертано­во). Здесь располагался лагерь казаков, которые окружили его ря­дами телег, набили их сеном и облили водой, так что они смерз­лись. Кроме этих были и другие небольшие укрепления, например, напротив Серпуховских ворот Земляного города. Болотниковцы вели активные боевые действия, пытаясь взять Москву. Однако, вскоре к Москве подошло правительственное войско под руководством извест­ного полководца М.В. Скопина-Шуйского, вставшее возле Данилова монастыря. 2 декабря на Котле произошло сражение между войском Скопина-Шуйского и болотниковцами, закончившееся из-за измены дворянских отрядов И. Пашкова поражением осаждавших. Войско восс­тавших стало отступать к югу. Между тем, отряд казаков, укрепив­шись в Заборье, три дня оборонял свой лагерь от царских войск, но затем все же сдался. Эти казаки затем были включены в состав царской армии, но во время битвы при Пчельне снова перешли на сторону болотниковцев.

В 1610 г. после разгрома Тушинского лагеря в Коломенском встал Лжедмитрий II. Отсюда его представители съезжались к Дани­лову монастырю на безуспешные переговоры с московскими боярами о сдаче города.

Последним аккордом Смутного времени для южных окраин Москвы стал поход к ней в 1615 г.  казаков под предводительством атамана М.И. Баловнева (Баловня). Казачье войско, перешедшее на службу к царю Михаилу Федоровичу и посланное под Тихвин воевать со шведа­ми, численностью 4-5 тыс. человек, внезапно пошло на Москву. Тре­бованием казаков было увеличение им жалованья и зачисление в ка­заки всех вступивших в войско крестьян и холопов. Войско казаков подошло к Москве в июле и первоначально расположилось в районе села Ростокино на Яузе. Служилых людей в Москве в этот момент бы­ло мало, поэтому правительство вступило с казаками в переговоры. Между тем, к 18 июля к Москве подошло войско под предводительст­вом князя Б.М. Лыкова, и соотношение сил изменилось в пользу пра­вительства. По его требованию казаки сменили место стоянки и пе­решли в район между Донским и Симоновым монастырями, где свобода их действий была резко стеснена Москвой-рекой, окружавшей их с трех сторон. Для разгрома казаков было выбрано 23 июля - воскре­сенье, день отдыха и праздника по христианскому обычаю, когда предводители войска были вызваны в Москву якобы для получения жа­лования. Казаки не ждали нападения, многие из них находились на московских дворах и улицах, их кони паслись у Симонова монастыря, когда во втором часу дня из Москвы начали выходить царские полки. В решающий момент казаки оказались без предводителей, арестован­ных в Москве. Руководство принял на себя атаман Е. Терентьев, приказавший казакам седлать коней и готовить обозы к отступлению. Тем временем к Симонову монастырю подошел из Рогожской слободы отряд окольничего А.В. Измайлова и встал напротив казаков на дру­гом берегу реки Москвы. Завязался бой у плавучего моста под Дани­ловым монастырем, который продолжился в Даниловской слободе. С противоположной стороны, с Воробьевых гор, на казаков обрушилось войско Лыкова. Основным силам повстанцев во главе с Е. Теренть­евым удалось с боем пробиться на юг, и они устремились дальше по Серпуховской дороге. Другая часть уходила от Москвы по Калужской дороге. 30 верст до Пахры "топтали" "государевы ратные люди" бес­порядочно отступавших казаков. Войско М.И. Баловнева перестало существовать, а он сам с соратниками был казнен.

После завершения Смутного времени южное Подмосковье оказа­лось фактически полностью разоренным, однако с общей стабилизаци­ей положения в стране начинается его постепенное заселение. С этой целью царское правительство, обладавшее в этом районе обшир­ным массивом дворцовых земель, начинает частично раздавать их в поместное содержание, а также продавать желающим в вотчину. Как правило, новоявленные помещики и вотчинники, чтобы получать доход со своих пустующих земель, заселяли их вывезенными из разных мест крестьянами или захваченными на войне пленными. В отличие от предшествовавшего периода для удобства контроля за исполнением повинностей крестьянами их владельцы старались расселить их как можно компактнее и так, чтобы деревни находились в непосредствен­ной близости от сельца или села, где находился двор владельца и его хозяйственные службы. Закрепощение крестьян к тому времени практически завершилось, они были прикреплены к земле.

Источники

Веселовский С.Б. и др. Подмосковье. Памятные места в истории русской культуры XIV-XIX веков. М., 1955.

Духовные и договорные грамоты великих и удельных князей XIV-XVI вв. М.;Л., 1950.

Коломенское. М., 1998.

Скрынников Р.Г.  Смута начала XVII в.:  Иван Болотников. Л.,

1988.

Станиславский А.Л.  Гражданская война в России XVII  в.  М.,

1990.

Категория: Селения Южного округа. Из истории Южного округа | Добавил: Сергей65 (20.05.2009)
Просмотров: 816
Всего комментариев: 0

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]