Пятница, 25.05.2018, 04:02 | Приветствую Вас Гость | Регистрация | Вход

Каталог статей

Главная » Статьи » Симонов монастырь и его окрестности

Завод инженера Бари

         Завод инженера А.В. Бари в Симоновой слободе

    Александр Вениаминович Бари был инженером, владельцем из­вестной строительной конторы, где долгие годы работал инженер Владимир Григорьевич Шухов. В советское время имя Бари упомина­лось редко, при этом подчеркивалось, что владелец конторы эксплу­атировал идеи гениального инженера. Если бы не потомки А.В. Ба­ри, которые бережно хранили воспоминания о своей семье, и не книга Валентина Ивановича Маслова "Минувших дней людские судьбы" (Мыти­щи, 2003), которая вернула имя Бари из небытия, рассказывать о владельце известной строительной конторы в настоящее время было бы нечего.

    По воспоминаниям семьи Бари, их род вышел из Франции и посе­лился в России. Вениамин Матвеевич Бари родился в 1817 году в Литве, получил образование в Германии, преподавал иностранные языки (он знал около 12 языков). Он был либерально настроенным чело­веком, был лично знаком с К. Марксом и состоял с ним в длительной пе­реписке (она была уничтожена, когда семья возвращалась в Россию). В 1862 году из-за политических преследований Вениамин Матвеевич вместе с женой Генриеттой Сергеевной и детьми покинул Россию и переехал в Цюрих, а в 1865 году - в США.

    Александр Вениаминович, основатель известной строительной конторы, был вторым сыном в семье. Он родился 6 мая 1847 года, получил образование в Цюрихе. В 1870 году Александр Вениаминович окончил курс политехникума и получил диплом инженера-строителя. Не имея денег на дорогу, он устроился помощником механика на па­роход и отправился к семье в США. Там он принял американское гражданство и устроился на работу помощником инженера на одном из мостостроительных заводов в Детройте. Позже Александра Вениамино­вича пригласили в техническую контору Филадельфии на должность инженера. Здесь он встретил свою будущую жену Зинаиду Яковлевну фон Грюнберг. В 1875-1876 гг. А.В. Бари принимает участие в кон­курсе по устройству павильонов Всемирной выставки в Филадельфии, посвященной 100-летию независимости Североамериканских Соединен­ных Штатов, где получает Гран-При и Золотую медаль (по свидетель­ству очевидцев, в 1990 году павильон, построенный Бари, еще функ­ционировал). Здесь он встречает делегацию из России, в состав ко­торой входил В.Г. Шухов (1853-1939). Эта встреча заложила начало их будущей совместной творческой деятельности в России на 35 лет.                                                                                                                

В 1877 году Александр Вениаминович со своей семьей перебира­ется в Петербург, а затем в Москву, оставаясь гражданином США. В 1880 году он основывает фирму "Строительная контора инженера А.В. Бари", куда на должность главного инженера и технического дирек­тора был приглашен В.Г. Шухов. Отныне Владимиру Григорьевичу были предоставлены условия для свободы творчества, а его изобретения находились под защитой фирмы, от реализации же своих изобретений через фирму Шухов получал проценты. Строительная контора оказыва­ла любые технические услуги от составления проекта до его вопло­щения в реальный объект, вскоре она приобрела известность в Рос­сийской империи и за ее пределами. [1].       

                  

А.В. Бари с женой Зинаидой Яковлевной

 

Вероятно, около 1893 году инженер и "временный московский купец" А.В. Бари близ Симонова монастыря (в 5 стане Московского уезда, Нагатинской волости), напротив живописной дачи Селивановс­кой, стал возводить кузнечно-котельный и меднолитейный механичес­кий завод. Под завод была взята в аренду земля в размере 3 деся­тин из "Тюфелевой дачи" гвардии корнета Павла Павловича фон-Дер­виза [2].

    Миллионер П.П. фон-Дервиз (человек незаурядный и интересной судьбы) был сыном железнодорожного магната Павла Григорьевича. В то время ему было всего 23 года. Молодой человек, хотя и состоял на военной службе, но она его никогда не привлекала. Он увлекался музыкой, разведением лошадей и до конца жизни работал учителем математики. В 1890-х годах Дервиз увлекся развитием промышленнос­ти. 7 сентября 1892 году он купил "Тюфелеву дачу" у действитель­ного тайного советника Василия Андреевича Дашкова (вероятно, ос­новатетя этнографического музея в Москве), а 12 ноября того же года земельный участок, ранее выделенный из дачи Дашкова, у Васи­лия Ивановича Солдатенкова (племянника Козьмы Терентьевича), ко­торый ранее держал там кирпичный завод. Земля была куплена Дерви­зом с тем, чтобы ее затем сдавать в аренду под строительство за­водов и товарных складов. Местность эта, по его мнению, была удобна для основания здесь промышленного предместья большого го­рода. Для удобства производства им была проложена Лизинская же­лезнодоржная ветка. Со временем Дервиз планировал провести водоп­ровод, нефтепровод к заводам и освещение всей местности. Вероят­но, сам Дервиз предложил Бари основать здесь завод. Позже, когда коммерческие дела Павла Павловича расстроились, земля была продана 5 августа 1900 г. Бари [3].

            

             П.П. фон-Дервиз с племянником

 

В феврале 1894 года А.В. Бари обратился в Московское Губерн­ское Правление с просьбой выдать ему "на производство работ уста­новленное разрешительное свидетельство". Оформлением документов занимался инженер Николай Костальский. Завод строился, чтобы про­изводить стальные котлы, железные резервуары и другие клепаные предметы, а также производить медную отливку и механическую обра­ботку принадлежностей к ним. К февралю 1894 году был выстроен главный корпус завода: одноэтажное каменное здание, крытое желе­зом, состоящее из двух круглых корпусов, каждый диаметром 21 са­жень, и корпуса посередине (отмечалось, что "здание новое, и в некоторых местах недостроено"). Механический завод приводился в действие паровой машиной, для которой пар создавался двумя котла­ми системы Шухова. Отопление производилось нефтяными остатками, которые поступали из находящихся рядом складов Восточного Общест­ва.

 

Предусматривалось до 300 человек рабочих, живущих на наемных квартирах. Врачебной помощью рабочие пользовались в городской ле­чебнице по имеющимся у них больничным контрамаркам. На заводе бы­ла выстроена амбулатория, где каждый день находился фельдшер (жил при заводе), два раза в неделю приезжал врач Левенталь. Выходным днем, наряду с другими праздниками, считался Никола Зимний (куз­нец, это был профессиональный праздник рабочих-металлистов). Пер­воначально не был предусмотрен бесплатный обед для рабочих, но уже в 1895 году отмечалось, что владелец устроил обширную столо­вую, где за счет владельца сверх заработной платы дается рабочим обед, состоящий из двух горячих блюд: щей и каши с хлебом. Строи­тельные работы были окончены, в основном, в июне 1894 года. Отк­рыть завод в то время было, как видно из документов, не таким простым делом. Целый год в Симонову слободу приезжали разные чи­новники (исправники, санитарные врачи) и проверяли нормативы. За­вод официально был открыт лишь в марте 1895 года [4].

 

В.Г. Шухов. 1913 год

 

Завод инженера Бари находился за Камер-Коллежским валом, с юга от него проходила Лизинская железнодорожная ветка, с запада - трубопрокатный завод (основан в 1896 году), с севера - самое крупное предприятие района электро-механический завод "Динамо" (основан в 1899 году), с востока находилась земля Симонова монас­тыря с Лизиным прудом и жилой застройкой (Малая Симонова слобод­ка). Между заводом и Малой Симоновой слободкой проходил Бариевс­кий проезд, который ныне носит название 3-го Автозаводского про­езда.   

    Местность вокруг Симонова монастыря была овеяна легендами, преданиями, до основания здесь заводов являлась местом уединения для поэтов и романтических писателей. Над округой возвышался Си­монов монастырь, основанный в 1370 году, воспетый в произведениях Н.М.  Карамзина, И.И. Лажечникова, М.Ю. Лермонтова, М.Н. Загоски­на.  Лизин пруд был назван в честь героини известной повести Н.М. Карамзина, его же истинное название - Сергиев, был он по преданию выкопан Святым Сергием Радонежским. Напротив котельного завода находилась дача Селивановской. Эта усадьба помнила П.П. Бекетова, И.И. Дмитриева, Н.М. Карамзина, В.Г. Белинского, писали, что здесь бывал даже Пушкин. Древняя Тюфелева роща, которая находи­лась далее за заводом, была местом загородной царской охоты. Вплоть до 1930-х годов она сохраняла следы поэта и архитектора Н.А.  Львова. В роще находилась землебитная школа, основанная им, несколько построек которой уцелели до начала XX века.

    На 16-й Всероссийской художественной и промышленной выстав­ке, организованной летом 1896 года в Нижнем Новгороде, фирмой Ба­ри были представлены экспонаты, выполненные на заводе в Симоновой слободе: паровой котел, павильоны с покрытием сетчатой конструк­ции и водонапорная башня высотой 32 метра. Эта башня стала родо­начальницей целого ряда подобных сооружений в последующие годы. Это была первая в мире правильно теоретически рассчитанная гибер­болоидная башня. Благодаря проектам Шухова и отличному исполнению экспонатов фирме Бари была присуждена высшая награда - право изобразить на своих проспектах и бланках Государственный герб России. В 1900 году уже на другой выставке в Париже Шухов был удостоен Почетного диплома и Большой Золотой медали. С тех пор изображение обеих наград неизменно присутствовало на бланках фир­мы Бари.

   "Строительная контора инженера Бари" принимала участие в ре­конструкции Мытищинского водопровода, в строительстве Мытищинско­го вагоностроительного завода, музея изящных искусств имени Алек­сандра III, типографии И.Д. Сытина, Московского почтамта и многих других зданий. За 35 лет работы в России было построено по проек­там фирмы 3240 различных резервуаров для нефти и нефтепродуктов, более 20 комплексов зерновых элеваторов, свыше 4 000 водотрубных паровых котлов, свыше 415 железнодорожных мостов, 150 гиперболо­идных сетчатых башен [5].

   С 1893 года старая Симонова слобода стала превращаться из тихой окраины, состоящей всего из 20-ти с небольшим домов, в крупный рабочий поселок. Население слободы увеличилось к 1902 го­ду почти в пять раз и называться она стала по-новому - Симоновка. Здесь преобладали двухэтажные деревянные дома. Улицы были немо­щеными, в дождь образовывалась непролазная грязь. Фонарей не бы­ло. Хотя Симоновка относилась к городу, она была похоже больше на оторванный от Москвы загородный поселок, с невысокими домами, с палисадниками и огородами. (Да и Москва, по существу начиналась далеко - у Спасской заставы.) Центром слободы была Сергиевская площадь, на которой находились лавки, трактиры и чайные, а при­ходской церковью - храм Рождества Пресвятой Богородицы на Старом Симонове. В этой церкви хранилась памятная хоругвь, сделанная мастерами и рабочими завода Бари в 1896 году в память о коронации Николая II [6]. Сообщения с центром и Спасской заставой города не было. Лишь по Москве-реке ходили пароходики от завода Бари до Москворецкого моста с остановками у Новоспасского, Краснохолмско­го, Устинского мостов. Служащие "Динамо" и Бари подвозились ли­нейкой. Это был экипаж с упряжкой двух лошадей, между первой и второй парой колес были две долевые лавочки из расчета на четырех человек с каждой стороны. Над лавочками была крыша от дождя, а колени закрывались клеенкой. Но из-за плохого шоссе и колес на железных ободах ездить на линейках было неудобно и даже опасно. Зимой использовались шестиместные сани. В выходные и праздничные дни жители слободы ходили гулять в Тюфелеву рощу, зимой дети ка­тались на коньках на Лизином пруду, на лыжах по склонам Моск­вы-реки. Бывали в Симоновке и настоящие сражения (популярные в прошлом стенка на стенку). Дрались обычно рабочие Симоновки с ко­жуховскими крестьянами. Один раз, деревянный забор, который огораживал территорию товарных складов, был весь разобран воюющи­ми. Драка приобрела такой размах, что ее пришлось разгонять поли­цией, а раненых увозить в больницу.

   По воспоминаниям жителей слободы, на заводе Бари был гудок, который оповещал о начале рабочего дня. Работали на котельном за­воде, в основном, выходцы из города Гороховца Владимирской губер­нии (как отзвук участия завода Бари в Парижской выставке, в Гороховце до недавнего времени даже ходила легенда,  что  его  жители строили Эйфелеву башню [7]). Их работа состояла в склепке изде­лий: пробивали отверстия в листах, грели на горнах заклепки и склепывали листы. Завод издавал с утра до вечера сильный грохот, а самих рабочих называли "глухарями", и они действительно плохо слышали. Бариевцы обычно брали верх в рабочих столкновениях "стенка на стенку" по праздникам, так как запасались заклепкой с дюймовой головкой, и, зажав ее в кулак, наносили более сильные удары.

   А вот как описывает порядки у А.В. Бари журналист Б.Б. Глинский, которому в 1896 году "удалось побывать на заводе, где был введен совершено новый строй рабочей жизни". По его описанию, рабочий день на заводе измерялся 10 часами (на других предприяти­ях в то время был 11- и 12-часовой рабочий день), а зарплата была выше, чем на других заводах, на 10 процентов. Система наказания штрафами была изгнана. Рабочий получал в день от завода по 6 кус­ков сахара и 2 раза - чай, без ограничения порции, а также обед, состоящий из двух блюд: 1-е - суп с мясом, 2-е - каша с салом, и хлеба, сколько угодно (по воспоминаниям дочери Бари Евгении, она "не ела лучших щей и второго, чем то, что давалось рабочим" на заводе, где ее отец держал подсобное хозяйство). Рабочие обедали в деревянном бараке, разделенные на десятки во главе с десятским, который при желании мог взять им добавки. Это, по мнению Бари, способствовало повышению производительности труда (по воспомина­ниям дочери Бари Лидии, в обед свободно выставлялась даже водка в графинах: хочешь выпить 50-100 грамм - не возбраняется, если зна­ешь меру). При заводе имелась сберегательная касса, где на счету некоторых старых рабочих хранился изрядный капитал. Заболевшие сохраняли заработную плату первую неделю полностью, вторую - по­ловину. Потерявшие кормильца вдовы получали пенсию в количестве половины заработной платы мужей пожизненно. По мнению А.В. Бари, основным злом русской промышленности являлось отсутствие русских образованных специалистов, управляющих и мастеровых [8].

         Семья Александра Вениаминовича общалась с образованнейшими людьми того времени. В их доме всегда были желанными гостями уче­ные: Д.И. Менделеев, Н.Е. Жуковский, П.К. Худяков, С.А. Чаплыгин, архитекторы Р.Я. Клейн, Ф.О. Шейхтель, И.И. Рерберг. По своим убеждениям А.В. Бари был толстовцем. Его знакомство с Л.Н. Толстым
состоялось около 1898  года.  А.В. Бари,  имея  американское гражданство,  помог  гонимой в то время в России общине духоборов выехать в Канаду.  По воспоминаниям Евгении Бари, у Л.Н. Толстого "были знакомые из рабочих завода. Лев Николаевич хотел посмотреть на заводчика,  у которого рабочие участвуют в прибылях.  Он ездил на завод,  разговаривал с рабочими и Александром  Вениаминовичем. Приглашал приехать к нему в Ясную Поляну". Поездка в Ясную Поляну не состоялась,  но А.В.  Бари с дочерью Анной посетили писателя в Хамовниках [9].

    Семья инженера была знакома и с представителями литературной среды.  Его дочь Ольга Александровна состояла в переписке с исто­риком культуры М.О.  Гершензоном, Евгения Александровна была зна­кома с Андреем Белым (Б. Н. Бугаевым) [10].

    К началу 1901 года (или ранее) при заводе Бари и на его средства были открыты вечерние общеобразовательные курсы для ра­бочих, занятия проводились в столовой. Преподавателями в школе были мастера завода Бари, инженеры, чертежники, сами дочери Бари. При школе была библиотека. По воскресеньям в столовой устраивали чтения с теневыми картинками. На курсы, по воспоминаниям, ходили рабочие и с других заводов. Так, в 1902-1903 году туда записался большевик Михаил Степанович Николаев с завода "Динамо" и органи­зовал из рабочих Бари и "Динамо" первый в Симоновском районе со­циал-демократический кружок. Школу при заводе Бари большевики ис­пользовали для своих целей: вели революционную пропаганду (благо­даря этому упоминание о ней встречается в советской историогра­фии). Рабочий Д. Офман вспоминал: "Дьякон преподавал нам закон божий и не терпел нас за то, что мы критиковали его по всем швам. Однажды, мы довели дьякона до такого состояния, что он чуть без камилавки не выбежал из комнаты. Приехал сам Бари, и дьякон зая­вил ему: "я с ними заниматься не буду, это пахнет чем-то особен­ным" [11].

    Дочери Бари были попечителями местных земских училищ. С 1898 по 1904 год Кожуховское земское училище опекала Анна Александров­на, а с 1905 по 1910 год - Евгения Александровна (по мужу Нерсе­сова).

   В 1902 году в школе училось 72 мальчика и 58 девочек. Там преподавали учителя: диакон церкви в Симоновой слободе С.А. Ру­мянцев, В.В. Знаменская, М.И. Коровкина, М.И. Банисова. В школе была библиотека около 350 книг, по воскресеньям ученики ходили на завод Бари слушать лекции.  От попечителя была квартира для  двух учительниц [12].

    Попечительницей Симоновского земского училища с 1911 по 1916 год была Мария Александровна Бари. Оно располагалось в доме Зай­цева около Лизина пруда. В 1911 году там училось 56 мальчиков и 79 девочек. Учителями работали С.А. Румянцев, В.В. Знаменская, М.И. Банисова, Е.В. Лунякина, Е.С. Похил [13].

    Анна Александровна Бари (1876-1948) окончила гимназию. Она, по воспоминаниям родных, более всего походила на отца - предпри­имчивого и общительного. Именно по ее инициативе была открыта школа при заводе (в официальной истории завода "Динамо" однако написано, что школа была открыта по инициативе "либеральной ин­теллигенции" и народницы Елены Александровны Кораблевой). Созда­вая школу, ей пришлось преодолеть много трудностей и препятствий со стороны чиновников. Но она с энтузиазмом взялась за дело и школа была открыта. 2 января 1901 года Анна Александровна писала своему будущему мужу, приват-доценту Московского университета Александру Филипповичу Самойлову: "Вот еще просьба: не можете ли вы взять из библиотеки ... на несколько дней Островского "Свои люди сочтемся". Мы собираемся это читать на заводе и нужно много экземпляров".

    Однако изменения в семейной жизни отвлекали ее от любимого занятия. Летом 1902 года семья Бари жила на даче в Царицыно, там 12 июля у супругов Самойловых родились близнецы Лев и Александр, которых крестили в местной церкви Живоносного
источника 25 июля (восприемники Яков Филиппович Самойлов, православного вероиспове­дания, Ольга и Евгения Бари, лютеранского вероисповедания) [14]. К тому же ее мужа перевели в Казань, и она была вынуждена после­довать за ним. В 1904 году Анна Александровна сдала дела по школе при заводе и Кожуховскому училищу своей сестре Евгении. Однако последняя не обладала организаторскими способрностями. Анна Александровна писала 8 июня 1904 года: "Еду сейчас к фабричному инс­пектору с Женей по делам школы, она все еще трусит всяких офици­альных лиц", и 2 сентября того же года: " Я вечером ездила на за­вод на молебен в школу. Странно мне было как-то, что начатое мною дело, в которое столько заботы пошло, теперь совсем не мое, что тут нет мне места. Утешаюсь тем, что в Казани найду новое в той же области " (по воспоминаниям родных,  в Казани ею были  открыты детский сад, школа и гимназия).

 

           Ученики и преподаватели школы при заводе Бари

 

Евгения Александровна Бари (1881-1967) окончила Высшие женс­кие курсы. Она была человеком глубоко религиозным, изучала исто­рию религии. Ее муж, Александр Нерсесович Нерсесов, как и она са­ма, преподавал в школе для взрослых. Евгения Александровна увле­калась Толстым. По ее словам, она "читала запрещенные статьи Толстого, перевозила их на себе тайно через границу, читала с ... приятельницей - учительницей Еленой Александровной" (не Кораблева ли это, народоволка из Симоновой слободы). Она мечтала о бедности для себя, не хотела носить дорогих платьев. Евгения Александровна вспоминала: "Бывало, еду я в Симоново на работу, трясусь в линей­ке вместе с рабочими и монахами. А навстречу едет в шикарном эки­паже директор завода Гаврилов. Я закрываюсь фартуком, чтобы не залепило грязью. Но он узнавал меня и конфузился, потом жаловался отцу и даже сердился. А я была преисполнена гордостью, что еду с простым народом".

   К сожалению не ясно, как долго существовала школа. По воспо­минаниям Евгении Бари, она работала в школе при заводе семь лет, где по вечерам Анна в столовой организовывала занятия со взрослы­ми рабочими (очевидно, была дневная школа для детей и вечерняя для самих рабочих). Вероятно, школа существовала с 1898 по 1905 года.Революция 1905 года расстроила дела на заводе. 11 января 1905 года забастовал завод "Динамо", а за ним завод Бари и другие предприятия (ворота завода "Динамо" находились напротив ворот ко­тельного завода, так что динамовцы при забастовках шли в первую очередь "снимать" бариевцев). Очевидно, в это время были закрыты общеобразовательные курсы для рабочих. Симоновка принимала учас­тие в вооруженном Декабрьском восстании. Она была полностью в ру­ках восставших и некоторое время там существовала так называемая "Симоновская республика". В это время в столовой Бари проходили собрания рабочих, с 9 на 10 декабря там размещалась "кавказская дружина" (состоявшая из студентов-кавказцев), которая 10 декабря вела перестрелку с отрядом городовых, переходивших Москва-реку [15].

   События 1905 года произвели на А.В. Бари тягостное впечатление, он     говорил жене: "Давай уедем, лучше быть кондуктором трам­вая в Швейцарии, чем миллионером в России". В этот период на за­воде происходили неоднократные забастовки. В 1908 году А.В. Бари писал родным: "У меня стоит завод уже 10 дней. Забастовка по очень глупой причине. Хотя меня и не вызывали, но, чувствуя тяжелое положение, в котором оказались сотрудники и Виктор (сын), я приехал... Дело налаживается, и я надеюсь, что с 1 июля завод опять пойдет полным ходом" [16].

   К 1908 году управляющим заводом становится сын Бари Виктор Александрович, который поселился тут же на квартире. По сведениям памятной книжки Московской губернии, на заводе работало тогда около 220 мужчин.

   С 1907 года на заводе происходили неоднократные перестройки и расширения, которые зафиксированы в архивных делах. В ноябре 1907 года велись работы по строительству новой конюшни (первый этаж каменный, второй - жилой деревянный), здания сборочной горизон­тальных котлов (железные фермы, обшитые с боков тесом), прачечной и других (за работами наблюдал инженер-строитель Александр Бори­сович Борисов). На плане завода были обозначены здания (по Ка­мер-Коллежскому валу от Лизиного пруда): мостовой корпус, электри­ческая станция, за ней мастерские горизонтальных и вертикальных котлов (два круглых корпуса), здание механической мастерской меж­ду ними. Далее по Камер-Коллежскому валу стояла кузница, за ней деревянная двухэтажная заводская контора (на втором этаже находи­лась чертежная и квартира управляющего, рядом с конторой были разбиты дорожки с фонтанами), двухэтажное здание больницы, дере­вянные дома для служащих, каменная столовая, рядом с ней каменный погреб, купальня и душ, прачечная и другие постройки. Эти здания хорошо видны на рекламном проспекте котельного завода [17].

         В 1910 году были возведены: деревянное здание для сборки го­ризонтальных котлов, деревянный корпус с металлическим каркасом для сборочной мастерской, деревянная пристройка с металлическим каркасом для гидравлического испытания вертикальных котлов (наб­людал за строительством инженер-механик Иван Дмитриевич Потем­кин). В ноябре 1913 года на заводе планировалось установить же­лезный газгольдер для водного газа, для его получения в здании бывшей электростанции оборудовалась генераторная станция. В 1914 году было подано прошение о разрешении на поднятие кровли кузницы (документы подписывал инженер-технолог Михаил Иосифович Золота­рев) [18].

         Умер Александр Вениаминович Бари 6 апреля 1913 года, похоро­нен на Немецком кладбище.  После его смерти фирма перешла по нас­ледству к З.Я.  Бари, а руководил ею по доверенности сын Владимир Александрович.

    В 1913 году Московская городская Дума приняла решение о строительстве второй центральной электрической станции для трам­ваев, для этой цели она купила небольшой участок у Бари 1561 кв. саж. с запада. Прокладывалась и Симоновская трамвайная ветка, движение по ней открылось 16 июня 1915 года. К этому времени были уже возведены основные корпуса второй электрической станции, она находилась по соседству с котельным заводом (позже здесь размес­тился теплотехнический институт под руководством Л.К. Рамзина) [19].

         Рабочие завода Бари на протяжение всего времени до Ок­тябрьской революции участвовали в стачках. Например, к 18 января 1914 года была окончена 29-дневная стачка заводов "Динамо", Бари, Гана и других в Симоновой слободе. А 20 мая 1914 года около 400 рабочих завода Бари, оставили работу и ушли с завода.

    В период Первой мировой войны завод выполнял заказы Военного ведомства (изготовлял мины, тралы и буйки для Военно-морского флота). В связи с этим расширялось производство. В 1915-1917 го­дах здания завода неоднократно перестраивались, по Камер-Коллежс­кому валу был оформлен нарядный фасад, который объединил здания электростанции и кузницы. В августе 1915 года был предложен про­ект новой котельной и механической мастерской, которые поглотили здания электростанции и старой мастерской В октябре того же года было подано прошение о разрешении установить железного резервуара для нефти (Заявления подавал Иван Семенович Абрамов, за строи­тельством наблюдал инженер-механик Александр Тимофеевич Батурин).

   В феврале 1916 года на заводе снова планировались крупные пе­рестройки: взамен котельной мастерской и здания для окраски и упаковки котлов строился новый заготовительный корпус. В апреле 1916 года было подано прошение о разрешении установить аппарата для выработки ацетилена и железного резервуара на каменной башне с востока от кузницы (За строительством наблюдал инженер-технолог Валериан Иванович Кандеев) [20].

    Война привела страну к экономическому и продовольственному кризису. В связи с расширением старых и открытием новых заводов в Симоновой слободе увеличилась численность рабочего населения, ко­личество трактиров в районе сократилось и назрела острая необхо­димость в хлебе. В это время в столовой Бари уже не кормили рабо­чих бесплатными обедами, а в самом здании находился симоновский земской лазарет (заведующий - врач Михаил Давидович Рапутов, в нем насчитывалось вместе с персоналом около 130 человек) [21].

 

В августе 1916 года заводоуправление завода инженера Бари обратилось с письмом к Московскому градоначальнику, промышленным предприятиям и к Обществу Потребителей Симоновского района, при­зывая последних к единению в деле обеспечения жителей продоволь­ствием. Предлагалось строить пекарню, открыть в слободе народную столовую, продовольственную лавку. Для этих целей образовывался местный "Продовольственный комитет Симоновского района". 7 сен­тября 1916 года в конторе завода Бари (в дальнейшем комитет арендовал помещение в доме М.Ф. Сорокина по Судаковскому проезду) состоялось первое заседание комитета (председатель В.И. Строга­нов, товарищи председателя Виктор Бари и Людвиг Карлович Газе). Работал комитет в 1916-1917 годах, в него входили: директор авто­мобильного завода В.И. Строганов, управляющий котельным заводом Виктор Бари, коммерческий директор "Динамо" Л. К. Газе, фабричный инспектор А.А. Дегтярев, врач М.Д. Рапутов, председатель правле­ния Симоновского потребительского общества К.В. Уханов и другие. Здание пекарни было возведено к декабрю 1916 года, далее надо бы­ло строить печи, муку надо было доставать самим. Стали ли своими силами выпекать хлеб в Симоновой слободе - неясно. Известно, что после Февральской революции члены продовольственного комитета ра­ботали недолгое время (примерно февраль-март) в новообразованной управе Симоновского района, председателем которой упоминается В.И. Строганов, а членом - В.А. Бари [22].

    Очевидно, в период между Февральской и Октябрьской революци­ями заводоуправление завода Бари продолжало принимать активное участие в жизни района. 12 апреля 1917 Виктор Бари внес 3 тысячи рублей на нужды Симоновской управы по охране слободы и предприя­тий. Около 16 апреля было принято решение о передаче бывшей сто­ловой Бари под Народный дом. Там были организованы курсы по поли­тико-общественным вопросам, которые вела Е.А. Кораблева (заведующая просветительской комиссией и внешкольным образованием в райо­не), а в январе там проходили первые елки [23].

    28 апреля 1918 года газета "Известия" напечатала о разобла­чении контрреволюционного заговора во главе с братом Виктора Бари Владимиром. Он попал в тюрьму, где, по воспоминаниям родных, си­дел в одной камере с великим русским актером В.И. Качаловым. Доп­рашивал его сам Дзержинский. Из тюрьмы Владимира Бари вызволил консул США, и он бежал за границу. Эмигрировали и Виктор Бари с семьей.

    Мандат на управление котельным заводом получил В.Г. Шухов. Начинается строительство первых промышленных магистральных тру­бопроводов, сооружается знаменитая башня на Шаболовке (1922). Те­перь завод носит название "Государственный котельный завод "Па­рострой" имени В.М. Лихачева" [24].

    Согласно "Исторической справке", хранящейся в фондах завода "Динамо", в годы первых пятилеток выпускал котлы и топочное обо­рудование. Предприятие продолжало работать на оборону страны. На заводе изготовлялись мины и глубинные бомбы для морского флота (до 1942 года изготовлялись только здесь). В 1937 году заводом была разработана конструкция циферблата часов для Спасской башни и смонтирована в рекордно короткий срок. Деятельность во время вой­ны была подчинена потребностям фронта. Осенью 1941 года был эва­куирован в Казахстан.

   В 1958 году территория завода Бари перешла к заводу "Дина­мо", а в 1999 году передана автосервису. К концу 2008 года еще существовали: деревянная двухэтажная заводская контора, деревянные двухэтажный дом для служащих, ко­нюшня. Но доживали они последние времена. Остальные здания завода были уже снесены. От завода Бари сохранилась лишь перестроенная столовая (1901 год, Ле­нинская слобода, 19), служившая школой, клубом, Народным домом для рабочих, лазаретом, помнившая революцию 1905 года. Да бывший погреб во дворе.

иллюстрации

Категория: Симонов монастырь и его окрестности | Добавил: marina (07.01.2009) | Автор: Марина
Просмотров: 4993 | Комментарии: 5
Всего комментариев: 5
1  
спасибо большое за очень интересный рассказ о том месте где я проработал 20 лет ,где работал мой дед,моя мама, хочу добавить ,что в 1958 году сохранилось кое что от дел Александра Вениаминовича и Владимира Григорьевича правда это было связано с судостроением, Еще раз подтвердилась ошибка Екатерины Фурцевой о передаче в 1957-1958 годах этого уникального завода под управление завода Динамо которому он уже в то время был не нужен не говоря уже о лихих 90-х, В результате той ошибке государству пришлось построить не один завод а два которые до сих пор работают Еще раз большое спасибо Марина за доставленную возможность побывать в местах где проходила моя жизнь от рождения

2  
Работаю на АО "ЗИКСТО" г. Петропавловск Республика Казахстан.
С большим интересом прочитал статью об истории нашего завода и о жизни его создателя. На заводе помнят о его создателях - А. Бари и В. Шухове, но мало знают о них. Хотелось бы больше узнать о жизни и деятельности завода на месте его создания- г. Москве.

3  
Вкратце информация изложена в статье. Подробно о Шухове и Бари рассказно в книге Маслова Валентина Ивановича. Но она вышла маленьким тиражем.

4  
Благодарю  вас Марина  за ваш труд!   с большим удовольствием прочитал статью

5  
Спасибо, большое за интересный экскурс в историю района, где прошли мое детство и юность. Я родилась и жила до 15 лет в доме напротив ВТИ- это пятиэтажное здание в плане в виде буквы  "П", с потолками в квартире 3,5 м, с просторными светлыми лестничными пролетами, с  красивыми гранитными подъездами. Этот дом имеет интересную историю. Родители мне рассказывали, что этот дом был построен для элиты работников то ли ВТи, то ли ЗИЛа. Нигде не могу найти историю дома по адресу Ленинская слобода дом 32. Спросить уже некого, к сожалению. Сейчас это здание поглотил ВТУЗ. Если кто знает, где можно узнать о сторительстве этого дома и первых обитателях и не только первых, буду очень благодарна. Галина Баранова. Жила в этом доме  в кв. 5.


Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]